"Eclipse". Проклятый отель

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "Eclipse". Проклятый отель » Флешбэки » Однажды в Париже


Однажды в Париже

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Будильник зазвенел как всегда неожиданно и непривычно громко. Спустя пару секунд до Эмиля дошло, что звенит у него в голове, как следствие противоречия между непроснувшимся сознанием и подчиняющимся старой привычке организмом. Усталость вкупе с раскалывающейся от нехватки сна головой - не лучшее начало дня, но титаническим усилием воли французу все же удалось открыть глаза. Обстановка была смутно знакомой: знакомой, потому что методом нехитрых логических заключений Эмиль решил, что где-то рядом наверняка есть тумбочка, чуть дальше должен быть шкаф и, возможно, письменный стол и книжный стеллаж, а смутно, потому что журналист не знал, как выглядит и в каком порядке стоит данная мебель.
Все-таки просыпаться в чужой квартире - это стресс.
Рядом послышался тихий шорох, и с Эмиля неспешно сползло одеяло. Никаких неожиданностей, он прекрасно помнил причину своего недосыпа, но осознание того, что с этой причиной надо еще о чем-то говорить (француз вообще не понимал, почему женщин так тянет говорить если не после секса, так утром) заставило его почти окончательно проснуться. Не любил он этих утренних совместных кофепитий и напрасных обещаний "Я позвоню", когда оба знают, что он даже номер телефона не взял. А потому Эмиль максимально тихо собрался и ушел, благо, дверь закрывалась без ключа.
Утренний воздух взбодрил полусонное сознание. За этим последовало неприятное открытие, что сегодня не воскресенье, а понедельник, следовательно, мечта выспаться так и останется неосуществимой. Журналист бросил взгляд на часы. Странно, он проснулся на час раньше обычного, не иначе, чтобы успеть вовремя смотаться.
Что ж, во всяком случае, он еще успеет домой, а это уже неплохое начало дня.

+2

2

Утро выдалось туманным и прохладным, от холода спасала только чашка кофе в руках. Уильям подумал, что мог бы сесть внутри кафе, но в который раз прогнал эту мысль: на улице было гораздо интереснее. Поднимающееся из-за крыш и крон деревьев солнце светило практически прямо в глаза, но парень даже не думал щуриться. После выписки из клиники прошла всего пара недель, но Уилл всё никак не мог привыкнуть к ощущениям и ловил едва ли не каждый звук. Он повел плечами, на лопатке всё еще неприятно саднила недавно сделанная татуировка, но, вроде бы, больше хлопот доставлять не должна была. По заверениям мастера по крайней мере выходило так.
Туман клубился, заворачиваясь в причудливые спирали, пронизываемый солнцем и гонимый легким ветром. Уиллу казалось, что он сидит на берегу облачной реки, а она медленно катится куда-то по одной ей известным законам. На столик упал покрытый капельками росы бурый и сморщенный лист платана. С тихим шорохом заскользил по шершавой поверхности и упал на асфальт, тёмный от воды, подпрыгивая покатился по нему дальше. Уильям допил кофе, расплатился, и пошёл вдоль улицы, повернувшись к солнцу спиной. Недалеко от кафе купил жареных каштанов, которых прежде почему-то не пробовал. Согревая руки теплом, исходящим от бумажного кулька и тягая оттуда каштаны по одному, парень, ни о чём конкретном не думая, пошёл дальше.
Если бы его спросили, а почему, собственно, Париж, он вряд ли ответил бы. После того, как выкрашенные в белый и бледно-голубой стены палаты остались в прошлом, очень хотелось чего-то нового. Родной дом, хоть и ставший каким-то незнакомым, это желание не удовлетворял. Тогда Уильям решил уехать и выбор почему-то пал на столицу Франции. Здесь впечатлений было хоть отбавляй, начиная от непривычного для слуха говора, заканчивая необъяснимым духом этого места.
Уильям мельком подумал, что, наверное, нужно вернуться в гостиницу и отдохнуть: он практически не спал этой ночью, найдя себе занятия поинтереснее, но разумные мысли последнюю неделю в голове не держались. Как и раньше, хотелось адреналина, в чём бы он ни проявлялся, потому Уилл подсознательно выискивал приключения. В Париже они все были настолько великолепными, что казались иногда сказкой.

+1

3

Настроение, несмотря на хроническую нехватку сна, было на редкость радужным. Усталость отнюдь не мешала работе мысли, настроенной на весьма оптимистичный лад. Например, в Сент-Этьене его уже больше ничего не держит, он наконец-то получил свой законный диплом и теперь спокойной совестью оформляться на полную ставку штатного журналиста. А еще можно забыть о пролетающих за вагонным окном километрах раз в полгода, когда он срывался и ездил на сессию, а преподаватели кривили губы и снисходительно и немного жалостливо поглядывали на амбициозного парня, пытающегося зацепиться в столице. Мол, куда ты рвешься? Все равно ведь обломаешься.
В него мало кто верил, да и верить-то особо некому было, поэтому Эмиль, верный своему неистребимому духу противоречия, не сильно заморачивался по поводу мнения окружающих и доказывать ничего никому не собирался, разве что своему дяде, который в племяннике не то чтобы сомневался, скорее волновался, отправляя его в неизвестный Париж, в котором сам никогда не был.
В последний раз он был там совсем недавно, пару месяцев назад. Защитил диплом, сходил на могилу матери, увиделся с дядей, показав ему, что он, конечно, не столичный франт (и слава богу!), но вполне себе самостоятельный человек, имеющий в одной из европейских столиц постоянную работу, связи и пусть даже съемное, но жилье. Останавливаться на этом он не собирался, а потому, уладив все дела в считанные дни, вернулся в ставший почти уже своим Париж. Навсегда.

На эти воспоминания Эмиля натолкнула мигающая иконка конверта в углу экрана. Единственный родственник сообщал, что все формальности по продаже квартиры в Сент-Этьене улажены, деньги переведены на его счет, просил быть осторожным, беречь себя и звал в гости. Парень усмехнулся, закрывая ноутбук и закуривая. Надо же, а ведь раньше они и получаса не могли провести в одном помещении без скандала. Все-таки человеческие отношения - потемки не в меньшей степени, чем отдельно  взятая человеческая душа.
Тем временем минутная стрелка стала ненавязчиво намекать на начало рабочего дня, и новоявленный дипломированный журналист, затушив сигарету и накинув на плечи плащ, вышел из квартиры.

- Что? - Эмиль все-таки не сдержался, хотя его с детства учили, что переспрашивать - дурной тон. - Почему мне не позвонили?
- Прости, Эмиль, - Немногим старше его, редактор с вечно встрепанной шевелюрой и модными дорогими шмотками производил впечатление того самого типичного столичного франта, которых так не любил Эмиль, но за всем этим стоял острый ум и отличные организаторские способности, так что он не зря сидит в этом кресле. Вот и сейчас Марсель выглядел виноватым, но тем не менее уверенным, что поступил верно. Сложившиеся между ними, несмотря на всю их непохожесть и разные карьерные ступени, приятельские отношения портить не хотелось. - но Жан утверждал, что не смог тебе дозвониться, а потому вызвался поехать сам.
Француз тихо выдохнул сквозь зубы и, зло сощурив глаза, открыл телефон. Он точно помнил, что утром не было никаких пропущенных. Естественно, и сейчас ничего не изменилось. Квартира темноволосой Жаклин (или Катрин?) находилась не в захолустье, так что наивно думать, что там не ловит сеть, он не собирался.
"Убью", - кровожадно подумал парень, тем не менее почти миролюбиво глядя на непосредственного начальника.
- Просто, ты понимаешь... - редактор запустил руку в волосы, взлохмачивая их еще больше. Правильно, над ним тоже стоят люди, одному из которых упомянутый Жан ("Все равно убью!") приходился зятем.
Эмиль скрипнул зубами.
- Понимаю.
Что ж, если работы его на сегодня практически лишили, то он хотя бы съездит в главный офис издательства. Его там давно ждут, чтобы он наконец подписал договор.

Отредактировано Эмиль д'Эстре (2010-12-14 17:36:05)

+1

4

Каштаны закончились, Уилл скомкал пакет и выбросил в ближайшую урну. Остановился, потянувшись до хруста в позвоночнике, осмотрелся. Люди спешили каждый по своим делам, неприкаянно шатался здесь, похоже, только он один. Парень сунул руку в карман, но сигарет там не обнаружил. Он пошарил по остальным карманам, но и там было пусто, даже зажигалка куда-то исчезла. Как на зло, на горизонте магазинчика с сигаретами было не видать. Потом Уильям подумал: "А чем, собственно, не повод?", - и пристал к ближайшему, кто проходил в этот момент мимо:
- Месье, у вас закурить не найдётся?
Француз отмахнулся, спеша в сторону остановки. Уилл нахмурился и увязался следом.
- И всё-таки, месье, что насчёт закурить?
Мужчина обернулся, он выглядел удивлённым, кажется, он ожидал, что парень отстал от него ещё две минуты назад. Потом незнакомец нахмурился и резко ответил, что не курит, и молодому человеку тоже следует бросать. Уильяму было всё равно, что он там считает, он уже приметил оттопыривавшую карман пальто коробку, до боли знакомой формы. Поглядев на отвернувшегося француза, Лиам пожал плечами и сделал вид, что ушёл, подкравшись к нему с другой стороны. Подошёл автобус, люди заторопились туда-сюда, суетясь возле открытых дверей, а англичанин воспользовался ситуацией и потихоньку вытащил вожделённые сигареты, обнаружив вместе с ними и зажигалку.
- Врать, месье, нехорошо, вам разве не рассказывали? - откровенно нарываясь на неприятности, спросил Уильям, с довольным видом закуривая.
Незнакомец схватился за карман, но, разумеется, ничего там не нашёл. Естественно, он потребовал вернуть коробку на место. Уильям не собирался расставаться с трофеем, о чём и сообщил, улыбаясь и весело сверкая глазами. Снова подошёл автобус, а француз решил попробовать отобрать имущество, которое ему уже, в общем-то, не принадлежало. Парень увернулся раз, другой, незнакомец того-то толкнул, кого-то задел и тут же огрёб недовольства сограждан. Уильям весело рассмеялся, снова уходя от цепкой руки, чувствуя, однако, что пора бы делать ноги: тело реагировало не так быстро как ему хотелось бы, практически бессонная ночь и нездоровый образ жизни напоминали о себе.
- На работу опоздаете, месье! - он подумал, что это будет даже действеннее. В конце концов, сигареты это не золотой Роллекс, нормальный человек скажет "А и хрен бы с ними". Уильям снова шарахнулся в сторону и в этот момент на кого-то натолкнулся. "Эпик фейл", - успел он подумать, когда человек машинально схватил его за плечи, чтобы оба не упали.

+1

5

Эмиль был... скажем так, не в очень хорошем расположении духа. Так хорошо начавшееся утро было изрядно подпорчено неприятным инцидентом на работе, который, видимо, перечеркнул всю удачу на целый день. А как иначе назвать тот факт, что Эмиль в коем веке выбрался в офис, чтобы подписать договор, и именно в это время во всем квартале отрубили электричество?
Это безумно раздражало, как и куча не столь важных, но неприятных мелочей. Например, еще не прошло и полудня, а журналист уже умудрился забыть в общественном транспорте перчатки. Это вызвало поток концентрированной ненависти в адрес старушки, которая ворчала ему на ухо, что молодежь сейчас невоспитанная, в автобусе душно, а у нее плохо с сердцем, налоги ползут вверх, а политики все себе прикарманивают, молодой человек, вы не подержите мою сумочку, у меня тут шарфик развязался... В результате парень выскочил на остановку раньше, оставив в автобусе перчатки, терпение и остатки хорошего настроения.
А еще раздражал туман, холодными иголочками вонзаясь в ладони, вызвав очередной приступ жалости к пропаже - он с таким трудом нашел перчатки на свою узкую для мужчины руку. Но больше всего добили сигареты, которые по закону подлости закончились совершенно не вовремя.
К чести Эмиля, на людей он не бросался и даже вполне вежливо объяснил юной блондинке, старательно обстреливающей его цепкими взглядами, как пройти к банку, умудрившись в процессе объяснения усомниться в ее умственных способностях, ибо буквально в двух шагах от нее висел указатель. Его всегда поражала способность людей выбирать для общения с ним самые неблагоприятные моменты.
Видимо, в этот день кто-то ответственный за мелкие неприятности решил, что французу их явно не хватает, и забил последний гвоздь в крышку гроба его безопасного для окружающих настроя. Поэтому, когда на него налетел, попутно наступив на ногу, какой-то молодой человек, Эмиль зло сощурил глаза и зашипел, здорово напоминая при этом рассерженного кота:
- Юноша, вы где-то потеряли своего поводыря? Тогда вообще не советую вам ходить по улицам. - Толчок был неслабый, поэтому ему пришлось схватить парня за плечи - первое, что попалось под руку, - чтобы хоть как-то сохранить равновесие. Наверняка, со стороны это смотрелось забавно, но француз комизм ситуации не оценил. - Это может быть опасно для здоровья окружающих.
Кое-как устояв и не грохнувшись веселой толпой на асфальт, Эмиль тихо выдохнул. Если бы взгляды могли испепелять, то от парнишки осталась бы уже горстка пепла. Однако, кое-что в его облике заставило француза обрести надежду на лучшее.
- Принимаю это в качестве извинения, - хмыкнул он, быстро вытаскивая из торчащей из нагрудного кармана парня пачки одну, и кажется, последнюю, сигарету.

Отредактировано Эмиль д'Эстре (2010-12-17 03:23:05)

+1

6

Как восхитительно звучало злое шипение на чистом французском над самым ухом! Уильям даже смог оценить этот непередаваемый взгляд, когда задрал голову, глядя на свою неожиданную опору. Но не успел англичанин отстраниться, как француз проворно вытащил сигарету из пачки, торчащей в нагрудном кармане. Уилл помнил, то их было немного, то ли две, то ли три всего, и вдвойне обрадовался, что закурил раньше. Кто знает, как дело могло обернуться в принципе, того гляди не досталось бы вообще ничего.
Месье, до того гонявшийся за Уильямом, всё-таки схватил парня за руку и дёрнул на себя, видимо, собираясь пообщаться поближе, раз уж всё-таки подвернулся случай. Лиам же, ещё не до конца восстановивший равновесие вцепился в человека, на которого налетел. Первый незнакомец умудрился всё-таки выдернуть коробку из кармашка, одновременно с ней на асфальт шлёпнулись и документы. Англичанин тихо выругался и, быстро подобрав удостоверяющие личность бумаги, решил убраться от греха подальше. А то такими темпами дело далеко зайти может...

* * *

Уилл сидел на парапете фонтана буквально в двух шагах от знаменитой башни и со смешанным выражением лица разглядывал паспорт. А паспорте он видел совершенно незнакомую физиономию и имя, явно ему самому не принадлежащее. Англичанин крепко задумался, как вернуть документы товарищу Эмилю Антуану Николя д'Эстре, да ещё так, чтобы самому не попасть в места не столь отдалённые: свой паспорт Уильям не нашёл. Парень вообще не понимал, как это произошло. Когда и главное как выпали документы у того француза? И нашёл ли он паспорт гражданина Великобритании или всё-таки придётся потом идти в посольство и заявлять о потере?..
Задача стояла не из лёгких, конечно. Уилл изучил все доступные страницы и клочки бумаги вдоль и поперёк, но номера телефона  там, разумеется, не нашёл. Не порадовала его и прописка: по ней выходило, что француз живёт вообще не в Париже, а где-то в Сент-Этьене. Где это англичанин себе не представлял даже приблизительно.
"Вот... блин," - с досадой подумал Лиам, пряча документ во внутренний карман куртки: потерять второй раз не хотелось, пусть даже паспорт был чужой, - и закурил, прикидывая варианты. В полицию идти не имеет смысла: наверняка загребут и прощай волшебный Париж, отдых испорчен. Как единственный вариант он пока видел подачу объявления в газету, но газета ж не раньше, чем завтра выйдет! Была слабая надежда, что француз был бдителен и подобрал-таки его документы, там где-то валялась бумажка с информацией от гостиницы, в которой Уилл остановился, и там же был его номер мобильного. Придётся месье д'Эстре проявить инициативу в этом деле тогда. Ну а вдруг не нашёл?.. "Что ж делать-то?.." - эта мысль постоянно крутилась в голове, но была там практически в одиночестве.

Отредактировано Уильям Лоуренс (2010-12-19 02:29:01)

+1

7

- Паспорт, пожалуйста.
Эмиль скрипнул зубами, но недовольства больше не показал. Обычно удостоверения представителя прессы хватало, чтобы тебя пропустили, но сегодня, видимо, француз нарвался на очень ответственного работника, требующего, чтобы все было по регламенту. И делать было нечего, только подчиниться - удостоверение считалось действительным только при наличии паспорта, хотя подтверждать его мало кто просил. Эмиль бросил на охранника суда хмурый взгляд, но послушно полез во внутренний карман, про себя похвалив собственную наблюдательность - не заметил бы выпавшие документы после столкновения с тем пареньком, не видать ему судебного процесса над помощником мэра как своих ушей. И все-таки добился он своего, именно ему дали это задание, хотя он даже и не надеялся, работает-то всего-ничего. И даже думать о том, что он заменяет внезапно заболевшего коллегу, не хотелось, дабы не омрачать поднявшееся настроение.
Неудачи первой половины дня, кажется, нашли более достойную цель, нежели он, и оставили его в покое. Эмиль восстановил душевное равновесие, так что и в голову не могло прийти, что сегодня он был готов к убийству (моральному уж точно) минимум одного человека. А то и двух, вместе с этим вертлявым парнем можно было и прибить и того внезапно возжелавшего пообщаться с ним поближе мсье, из-за которого Эмиль почувствовал себя угодившим между молотом и наковальней. К счастью для обоих, это чувство продолжалось не настолько недолго, чтобы журналист смог реализовать свои мелькнувшие было кровожадные мысли. Что поделать, когда все упорно шло не так, спокойствие порой его подводило.
Нашарив в кармане паспорт, Эмиль вскинул на охранника глаза и вежливо улыбнулся. Достал не без некоторой демонстративности, быстро пролистал страницы на предмет попавших между ними каких-нибудь ненужных бумажек... и застыл, неверяще глядя на золотые буквы, складывающиеся в "United Kingdom of Great Britain and Nothern Ireland" и ниже, видимо, чтобы развеять все сомнения, "Passport". Вполне ожидаемо обнаружив на странице с фотографией не свое лицо, француз снова взглянул на уже протягивающего руку охранника и улыбнулся с выражением растерянной невинности на лице.
- Простите, я случайно взял паспорт жены, - и увидев, что его оппонент лишь пожал плечами, ничуть не выказывая намерений понимающе пропустить просто так, Эмиль вполне слышно выругался на всех подряд и выскочил за дверь.

Небрежно облокотившись на каменный парапет, француз внимательно всматривался в лицо некоего Уильяма Лоуренса, смутно припоминая его в налетевшем на него сегодня парне. Тщательно изучив документ вдоль и поперек, Эмиль так и не понял, каким образом он оказался у него и куда подевался его собственный паспорт. Оставалось надеться, что не окончательно канул в безвестность.
Впрочем, не все так плохо. Рекламный проспект, восхваляющий достоинства отеля "Garden Saint Martin", тоже каким-то образом оказавшийся у него в кармане, вселил в него надежду на лучшее. До начала процесса оставалось чуть больше часа - что ж, ему придется смирится с тем, что лучшие места ему не достанутся.
Эмиль поймал такси и, назвав нужный адрес, подумал, что неудачам, кажется, он еще не надоел.

+1

8

День выдался солнечным и понемногу солнце начинало припекать и без того не сильно хорошо соображающую голову. Уилл почувствовал, что мысли мало-помалу путаются, да и вообще им овладевает тяжелая вязкая сонливость. Парень из любопытства глянул на часы. Ну да, время к обеду, а он ночью если пару часов подремал, то хорошо. Англичанин затушил очередную сигарету, уже не первую по счёту, выбросил окурок в урну и сполз с парапета, потянувшись и щуря глаза. Яркий солнечный свет безмерно раздражал, в глаза будто песка насыпали, Уильям даже пожалел, что у него нет с собой кепки или, на худой конец, солнцезащитных очков.
"А, чёрт с ним. Высплюсь и буду бегать по Парижу, а пока пусть всё идёт лесом", - раздражённо подумал он, двигаясь в сторону парковки, где призывно желтели машины такси. О том, чтобы добираться как-то своим ходом и речи не шло.

Спустя где-то полчаса парень уже расплатился с таксистом и входил в красивые стеклянные двери гостиницы. Постоял немного в дверях, привыкая к свету, тусклому по сравнению со слепящим солнцем, заливавшем улицу. Потом прошел  к стойке, за которой сидела девушка ресепшионист. Перекинулся с ней парой фраз, поулыбался, пока она искала ключ. Уже собирался подниматься, но его становли её оклик.
- Месье, с вами всё в порядке?
- Да, - Лиам удивлённо приподнял брови, оглянувшись, - почему вы спрашиваете?
- Мне показалось, что вы как-то бледны.
- Просто не выспался. Хорошего вам дня.

Уилл еще раз улыбнулся, бросил взгляд на входную дверь, словно кого-то ожидал там увидеть, и стал подниматься наверх.

+1

9

До гостиницы Эмиль добирался несколько дольше, чем предполагал - нескончаемые пробки на узеньких улицах Парижа, как всегда, изрядно затруднили достижение цели. И хотя до гостиницы было максимум пятнадцать минут езды, в прохладный холл "Garden Saint Martin" он вошел только спустя полчаса, несколько нервно поглядывая на часы. Времени до заседания оставалось меньше, чем хотелось бы.
Приветливая девушка-администратор у стойки вежливо ему улыбнулась, увидев, что Эмиль направился к ней. Правда, узнав, что ему нужно пройти в номер постояльца, предварительно узнав, какой именно у него номер, она отрицательно покачала головой.
- Простите, мсье, мы не имеем права разглашать подобную информацию.
Эмиль очаровательно улыбнулся, облокотившись на стойку. Судя по акценту, девушка была англичанкой и должно быть не так долго прожила во Франции, чтобы успеть от него избавиться. А мало кто из иностранок может устоять перед шармом французских мужчин.
Что и говорить, Эмиль умел обращаться с женщинами, и за это они любили его. Он добивался своего поэтапно: сначала ненавязчиво выудил у девушки признание, что мсье Лоуренс не так давно вернулся, потом попросил позвонить в номер так проникновенно, что она не смогла отказать, правда, затем разочарованно сказав, что в номере никто не берет трубку. Если бы речь шла только о чужом паспорте, Эмиль бы давно оставил документ на ресепшен, на том бы и успокоился. Но ему просто необходимо было еще вернуть свой (если его не окажется у этого Уильяма, журналист... не знал, что именно он сделает, явно что-то нехорошее), так что француз продолжил в том же духе. В конце концов, его усилия не пропали даром, через пятнадцать минут он уже стучал в дверь номера, помимо всего прочего имея в кармане бумажку с телефоном отзывчивой Элизабет, к концу беседы разрумянившеся от ненавязчивых комплиментов.
Стучать пришлось достаточно долго, прежде чем за дверью стало угадываться в какое-то движение.
- Юноша, я вам в службу доставки не записывался, - с нехорошей полуулыбкой сказал Эмиль, привычно прислонившись к дверному косяку. - И если уж лазаете по чужим карманам, не оставляйте там своих документов. Очень надеюсь, что у нас произойдет равноценный обмен, и вы мне все-таки вернете мой паспорт.

Отредактировано Эмиль д'Эстре (2011-04-27 14:02:24)

+2

10

Надо сказать, к тому моменту, когда Уилл упал на кровать и отгородился от мира одеялом, он чувствовал себя из рук вон плохо. Ночью было охрененно круто, да и утро выдалось шикарным, но последствия настигли его раньше, чем он успел отключиться. Казалось, внутри всё задумало связаться в узлы разной степени тугости, а голове наоборот, стало скучно на плечах и она серьёзно хотела куда-нибудь уйти и безбожно кружилась. Уильям думал, что у него не выйдет заснуть из-за этого букета впечатлений, однако провалился в странное забытье, слабо похожее на сон, на удивление быстро.

Впрочем ему всё равно не дали там побыть особенно долго. Англичанин не мог сказать, сколько конкретно прошло времени до того момента когда настойчивый стук в дверь заставил его всё же сползти с кровати и, наскоро ввинтившись в джинсы, открыть эту чёртову дверь, которой хотелось ударить того назойливого типа, который ломился внутрь.

Не проснувшийся Уильям не признал в этой мерзко улыбающейся физиономии месье д'Эстре, которому еще совсем недавно хотел отдать документы, и ровным счётом не уловил, что этот наглец от него хочет. Бить сразу было некультурно даже для Уильяма, не так давно вращавшегося в весьма сомнительных кругах, так что англичанин с трудом собрался с мыслями и неприветливо буркнул:

— Fuck you. Speak English. What the hell do ya want?

+2

11

Очаровательно, просто очаровательно.
Так вот почему этот паршивец не брал трубку - лихо же его вырубило. Эмиль прекрасно знал, сколько искушений предлагает ночной Париж, и прекрасно видел их следы на хмуром невыспавшемся лице. Молодой человек, еще утром бодро отирающийся у остановки, сейчас радовал взгляд приятной зеленоватой бледностью, контрастирующими с ней темными кругами под глазами, в которых совершенно четко читалось все, что он думает о мировой несправедливости, этой стране и Эмиле в частности. Озвученные вслух, эти мысли были, безусловно стратегической ошибкой Уильяма. Если до этого журналист еще помнил о вежливости, то теперь намеренно о ней забыл. Чтоб быть в равных условиях, так сказать.

Правда, с французским и вправду был его прокол, сам же держал в руках паспорт поданного Великобритании. Впрочем, день у него и без этого не самый удачный, чтобы еще выслушивать такое.
Француз не вышел из себя, нет, хоть кулаки и зачесались добавить этому субъекту хороших манер. Эмиль был бы не Эмиль, если дал себе волю поступить так тривиально, а потому он только зло сощурил глаза и стремительно зашел в номер, заставив хозяина так поспешно отступить, что он запнулся за ковер, чуть не променяв вертикальное положение на более устойчивое - горизонтальное. Но нет, удержался. Правда, как показалось Эмилю, мыслительной деятельности в светло-карих глазах отразилось несколько больше, чем раньше.
- Я понимаю, что для тебя это непривычно, но включи мозг, - буквально прошипел он, нарочито выделяя каждое английское слово, чтобы уж наверняка дошло. - Не волнуйся, это ненадолго. Отдашь мне мой паспорт, и можешь обратно его выключать, чтоб не перетрудился.

Отредактировано Эмиль д'Эстре (2011-04-27 23:36:34)

+2

12

Месье Настырность не желал так просто отступать, скорее наоборот. Он наступал, быстро и неумолимо, пришлось даже резко податься назад, чтобы не получить болезненного удара, например, в лоб. По пути Уильям споткнулся о ковёр и чуть было не потерял вертикаль с планетой, устояв только благодаря шкафу, за который вовремя ухватился. Внезапный манёвр немного разбудил его, но понимания ситуации не добавил, как и желания сотрудничать. Может, хочет ближе подойти? Так пусть не стесняется!

С удивительной для настолько измотанного человека стремительностью и силой Уильям схватил француза за воротник и заставил наклониться поближе, демонстрируя не меньшие способности рассерженно шипеть, чем его иностранный визитёр:

— Какой ещё, к чертям собачьим, паспорт?! Или месье сейчас же выметается отсюда, или я попрошу охрану помочь ему в этом!

Уилл резко отпустил воротник, несильно оттолкнув француза, чувствуя что сердце как-то нехорошо и сильно ударилось о рёбра пару раз, и дышать стало труднее. В глазах мигом потеменело, мир выключился, перестав на несколько мгновений существовать, хорошо что лишь только фигурально выражаясь. Англичанин инстинктивно согнулся, тяжело опершись на шкаф и сползая на пол, стремясь воссоединиться с землёй и вернуть кровь туда, где её положено быть — к голове.

Когда звон в ушах стих, и голова перестала яростно кружиться, вернулась и способность более или менее хорошо соображать. И тут, наконец, проснувшись окончательно, Лиам понял, про какой паспорт идёт речь. Всё ещё приходя в себя на полу прикрыв глаза ладонью, парень неопределённо махнул рукой куда-то в пространство:

— Там... в куртке, она на стуле где-то.

"Проклятье... какого х..."

+2

13

А Эмиль и не знал, что в состоянии такого сурового недосыпа и похмелья человек еще способен на такие резкие движения. Во всяком случае, посягательство на его воротник было для него достаточной неожиданностью, чтобы сильнее нахмуриться и утвердиться в стремлении научить этого типа хорошим манерам.

Правда, как выяснилось, утвердился он все же не настолько сильно, потому что стоило парню его отпустить, как стало ясно, что он это сделал не совсем по своей воле. На секунду взгляд светло-карих глаз стал расфокусированным, из груди вырвалось несколько явно ненормально свистящих выдохов, и как апогей - Уильям сполз на пол, потеряв, кажется, все краски с лица, став каким-то бесцветно-серым.

Эмиль, который в случае плохого самочувствия всегда предлагал в качестве лекарства бессмертное творение мсье Гийотена, хотел уже было озвучить сие предложение и иностранному гостю. Но даже мимолетного взгляда хватило, чтобы понять, что парню и вправду плохо, и француз как-то с неудовольствием отметил, что начинает паниковать. Ни капли не боящийся крови в любом ее количестве, журналист начинал позорно срываться на судорожные вздохи и дрожь в пальцах, стоило ему просто увидеть, что человеку просто дурно от духоты или переизбытка солнца. Ну, или в данном случае, от недосыпа и/или перепоя.

Вся эта картина, хоть и нарушила хрупкое душевное равновесие, не смогла сбить Эмиля с пути к его главной цели, а потому он по-быстрому, почти профессионально пошарил по карманам упомянутой куртки, нашел свой паспорт и только тогда решил оказать меры по спасению утопающих, хотя это, как известно, дело их самих.
- Эй, парень, ты как? Живой? - негромко спросил он, присаживаясь на корточки рядом. Поданный Соединенного Королевства выглядел, прямо скажем, не очень. Чуть помедлив, журналист положил прохладную ладонь на лоб страдальцу, решив, что, если вдруг Уильям помрет после бурной парижской ночи, его действия, в принципе, можно будет расценить как оказание первой помощи.

+2

14

Нет, — слабо прохрипел Уилл, хватаясь за руку, как утопающий за соломинку. Очень уж приятно было прикосновение прохладных пальцев к голове, в которой понемногу начинала пульсировать боль, так что хотелось продлить его подольше. Ну а что? Разбудил, разозлил, самочувствие испортил — пусть теперь расхлёбывает!

Нет, на самом деле Уильям так не думал. Ему и вправду было очень хреново, так что, в общем-то, хотелось помереть или хотя бы впасть в кому. А потом проснуться уже здоровым. Невыносимо хотелось пить, англичанину казалось, что он сейчас легко выпьет если не ведро, то полведра воды так точно. Вторым по важности было желание убиться, и оно грозило преследовать Лоуренса до вечера или до тех пор, пока он хотя бы не выспится.

Кофе бы, — не пойми с чего вдруг выдал Уилл и понял, что действительно этот ароматный напиток внезапно занял почётное второе место в списке желаний. А там и помирать можно, чего уж.

Парень несолидно зашмыгал носом, а потом и вовсе по-мальчишески досадливо вытер его тыльной стороной ладони, раздражённо думая, с чего бы вдруг ему политься. Но кровавая полоса от костяшек до запястья сразу расставила все на свои места.

Уильям задрал голову, как всегда в таких случаях. С любопытством покосился на месье, который — вот уж неожиданность — всё ещё сидел рядом. Краска постепенно возвращалась на лицо, правда не слишком торопилась с этим.

Месье исполнит последнюю просьбу умирающего? — слабым (пока!) голосом попросил парень, строя жалостливую физиономию, хотя и без того вызывал одно желание: обнять и плакать.

+2

15

Эмиль нахмурился, почувствовав, как бледные пальцы вцепились в запястье. А ну как правда помирает? А потом придут к журналисту люди в форме со словами: "Вы видели его в живых последним...", и объясняй потом, что он, в общем-то, мимо проходил.
Впрочем, дальнейшие слова незадачливого тусовщика заставили свести брови уже возмущенно, а не обеспокоенно. Артист, черт бы его не видал! Кофе ему еще подавай, умирающий, блин...
Уже собравшийся со всем возможным сарказмом поделиться с парнем рецептом вкусного кофе и благословить его на самостоятельное приготовление, Эмиль вдруг срочно передумал, увидев кровь. Крови он не боялся, но это снова заставило задуматься: а ну как правда помирает? Вообще, вид у парня был далеко не цветущий, а с размазанной под носом кровью так вообще вызывал желание окружить страдальца лаской и заботой. У француза, правда, такой мысли не возникло, но суровое сердце все же дрогнуло - по себе знал, как сильно порой зависит нормальное функционирование организма всего от одной чашечки черного ароматного напитка.
- Симулянт чертов!.. - недовольно бросил журналист, злясь по большей части на себя.
"Ладно, еще успеваю. Впритык, но успеваю..."
На низком столике у телефона лежала небольшая книжечка. Эмиль открыл ее прямо на странице с номером телефона бара. Набрал короткую комбинацию цифр, не сводя взгляда с Уильяма и хмурясь, но голос, когда он заговорил, был предельно вежливым и учтивым:
- Добрый день, мадемуазель. Будьте добры, чашку кофе в номер ... Черный. Крепкий. - Журналист окинул Лоуренса взглядом с ног до головы и добавил: - Очень крепкий. И без сахара.
- Что-нибудь к кофе? Бутерброды? Десерт?
Парень цветом лица сливался с побеленным потолком.
- Нет-нет, сомневаюсь, что это сейчас актуально. Спасибо.
Трубка тихо пикнула, прерывая короткий разговор. Зачем-то решивший дождаться, пока принесут заказ, - оставлять юношу с чашкой кофе было спокойнее, чем совсем уж в одиночестве, - журналист, усмехаясь, протянул страдальцу руку.
- Первый раз в Париже?

+1

16

Уилл развеселился и криво ухмыльнулся, что на его бледном испачканном кровью лице выглядело жутковато. Он, разумеется не симулировал, но протестовать не стал: чувствовал, что француз не очень-то серчает. Неплохой, видимо, парень этот д'Эстре. А уж когда парень расслышал магические слова "кофе в номер", так вообще безмерно зауважал.

Вы великий человек, месье, — искренне произнёс Лоуренс, принимая протянутую руку и поднимаясь на ноги.

Постоял немного, пережидая секундное головокружение, потом отпустил шкаф и ненадолго заглянул в ванну, умылся. Холодная вода существенно освежила, так что обратно в комнату он вернулся уже практически восстановив цвет лица.

Да, первый. Однако, надеюсь, что не последний. Уильям Лоуренс, — представился англичанин, протягивая руку уже для рукопожатия. — Очень рад, что мы с вами встретились, в самом деле, не принимайте близко к сердцу то, что я сказал на пороге. У вас такое потрясающее шипение получается, невозможно не поддаться искушению послушать ещё и ещё.

Англичанин усилием воли заставил себя замолчать. Он за полтора года жизни без крыши уже неплохо запомнил, что после нервных встрясок и бурно проведённых ночей, его начинает безудержно нести, как автомобиль по гололёду. Голова звенит ложным ощущением пустоты, но имеет непомерную тяжесть, в груди сердце заходится в нервном восторге, а от переизбытка адреналина дрожат кончики пальцев, губы растягиваются в безумной улыбке и то и дело пробивает на нездоровый смех. Так что стоило срочно брать себя в руки, если не хочет, чтобы и правда дошло до подобной истерики. Ну, где же черти носят того золотого человека, который отвечает за его кофе?!

Отредактировано Уильям Лоуренс (2011-10-31 23:51:40)

+1

17

Эмиль усмехнулся, даже не зная, как реагировать на такие откровения о своем произношении и собственной величавости. Так и не определившись, возгордиться ему или оскорбиться, он бросил быстрый взгляд на часы, окинул парня цепким взглядом и крепко пожал ему руку. Уильяму явно полегчало, что положительно сказалось на его вербальных способностях - говорил он, в отличие от начала их встречи, цензурно, быстро, не делая практически пауз между предложениями - вероятно, с недосыпа, -  но, кажется, весьма искренне. Вообще, для поднятого таким невежливым способом - да, тут уж француз постарался, - британец держался весьма бодро и доброжелательно. Журналист даже почувствовал уважение к его сопротивлению желанию немедленно уничтожить все живое, которое, по его мнению, обязательно должно сопровождать любого на месте Уильяма.
- Эмиль д'Эстре. Несмотря ни на что приятно познакомиться, - в своей вечной манере говорить на грани сарказма и вежливости ответил француз. Уильям оказался человеком приятным и адекватным, во всяком случае, настолько, чтобы извиниться, так что француз поспешил сделать то же самое. - Вы тоже простите, обычно я не вламываюсь в чужие дома с обвинениями на непонятном языке. Просто через двадцать минут у меня процесс, мне срочно надо там быть, а без паспорта не пускают. - Он улыбнулся, поправляя очки, а в тоне, пополам с извинением, скользило недовольство не то в адрес ответственного охранника, не пустившего его без документов, не то помощника мэра, умудрившегося загреметь в тюрьму, из-за которого Эмиль сейчас не мог остаться и тоже выпить чашечку кофе. Уильям, конечно, не приглашал, но это не помешало Эмилю, прикрыв глаза, услышав аромат любимого напитка.
Точно в ту секунду раздался стук в дверь, и журналист - все равно уходить собирался же, - открыл, пропуская в номер официанта. Бросил быстрый жадный взгляд на поднос, вздохнул о несправедливости мироздания и повернулся к своему новому знакомцу, не убирая ладони с дверной ручки.
- Осторожнее с парижскими клубами, Уильям, они выматывают почище работы. Этот город вообще очень коварен, - Француз улыбнулся, заканчивая на этом свои зловещие предупреждения, и чуть склонил голову, прощаясь. - До встречи, может быть, еще встретимся. Поправляйтесь.

А на заседание он все-таки опоздал.

+1

18

Уилл только помахал рукой на прощание, пропустив предупреждение мимо ушей: вот уж с клубами и прочими ночными заведениями он был знаком совсем не понаслышке, и самоуверенно рассчитывал, что его сил хватит. А что? Ещё целая вечность впереди.
"До встречи". Слова крутились в голове всё то время, пока парень расправлялся с прекраснейшим из напитков, глотая понемногу, чтобы не обжечься. "До встречи". Как будто он знал этого месье д'Эстре настолько, чтобы иметь представление, где с ним пересечься. "Юморист".
С кривой ухмылкой Лоуренс отставил опустевшую чашку и отправился в душ: какой уж сон теперь-то?..

* * *

Это был не ночной клуб, так что тут не гремела музыка, не дёргались на танцполе одуревшие от алкоголя и звука парни и девушки, и никто не целовался по углам. Это не был и игорный дом — просто очень дорогой бар, в котором посетители могли в том числе сыграть, например, в покер. Например, на деньги. Уильям уже проиграл некоторое количество английских фунтов, но будучи настроенным на получение удовольствия, а не выгоды, от игры, не особенно по этому поводу расстраивался. Он отказался от продолжения, рассыпался в комплиментах девушкам, сидевшим за столом, и встал, направился к стойке бара.
Слух невольно цеплялся за обрывки разговоров. Лоуренс не концентрировался: устал от городского шума и впечатлений дня, не было и малейшего желания расшифровывать французские слова. Тем более, что дела этих замечательных людей его совершенно не касались.
Британец залез на высокий стул, заказал выпивку, закурил. Стряхнул пепел в подвинутую барменом пепельницу, рассеянно скользя взглядом по стойке. Почему-то вспомнил Эмиля, утром ворвавшегося в его номер, усмехнулся, ведь теперь ситуация выглядела скорее забавно, чем серьёзно. Ещё один быстрый взгляд вдоль стойки — и, как разряд тока, ощущение deja-vu. Уильям сделал над собой усилие, сконцентрировался, ещё раз внимательно и последовательно рассмотрел всё и увидел. Несколько небольших фотографий, явно сделанных из толпы, более-менее чётко было видно только человека с каштановыми, с красноватым оттенком волосами.
Быстрый взгляд на людей, обсуждавших что-то, один из них стучал по фоткам ногтем. Уилл напряг слух, взволнованный таким неожиданным поворотом событий, одновременно с трудом делая вид, что ему всё так же всё равно на окружающий мир.
— Чтобы вечером был у меня, ясно?..
Британец ещё раз покосился на мужчин, запоминая лица, поставил бокал на стойку, расплатился и вышел из бара.Постоял у входа, докурил и сел на байк, который арендовал на время своего пребывания в Париже. Что уж поделать — от этого он пока не был готов отказываться. В задумчивости побарабанил по шлему пальцами, раздумывая, как искать этого д'Эстре. Да и к тому же быстро, быстрее, чем эти серьёзные люди там, в баре.
"...у меня процесс, мне срочно надо там быть." Процесс... судебный, видимо. На адвоката не похож, хотя... кто его знает. Искать по адвокатским конторам - как иголку в стоге сена. Может...? "А-а, чёрт! Как же тебя найти?.."

Отредактировано Уильям Лоуренс (2012-02-22 00:17:05)

+1


Вы здесь » "Eclipse". Проклятый отель » Флешбэки » Однажды в Париже