"Eclipse". Проклятый отель

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "Eclipse". Проклятый отель » Пляж » Пляж


Пляж

Сообщений 31 страница 60 из 74

31

Темнело море, черная вода, предвестник настоящей бури, шла валом издали, спешила затопить, залить прекрасный берег пляжа. Погибнув не дойдя и сотни метров до берегов волна вновь поднималась, белой пеной поднимаясь над водой, обгладывая берег, чтобы отбежать и захлестнуть все большие пространства. До берега донесся шепот грома.
Инкуб смотрел вперед, сейчас он был благодарен Сантино за то, что мог увидеть этот миг глазами страстно обожавшего стихию, ведь самому ему не испытать всего того, что могут демоны и люди... не насладиться страстностью природы....
Первые капли ударили. Сначала легко, нечаянно, казалось, удивленно, впиваясь в горячий песок, затем быстрее, дождь упал на них.... Сверкнула молния, где-то слева, совсем близко к острову, туда гроза пришла быстрее, инкуб огляделся, наконец он увидел... бар. Дождь навис стеной. Раздался гром.
Тай взял Сантино за руку и сказал ему на ухо, от грохота дождя, волн, грома... слышать стало трудно.
- Я вижу бар, пойдем возьмем что-нибудь горячее, - "или горячительное", - попить. На пляж, - он заглянул в глаза полудемона. Серые глаза инкуба сверкнули в свете очередной молнии, на губах поселилась веселая, слегка сумасшедшая улыбка.

0

32

Сантино замер, превратившись в живую статую. Он далеко не первый раз наблюдал за подобными погодными явлениями, но почему-то каждый раз весь внешний мир будто исчезал для него, оставляя только звуки и ощущения. Полукровка настолько ушёл в себя, что не возьми Тай его за руку, он бы его мог и не услышать.
- Я вижу бар, пойдем возьмем что-нибудь горячее,
Сантино уже перестал удивляться столь схожим взглядам на происходящее. Тай каким-то неведомым образом умудрялся озвучить мысли демонёныша раньше, чем тот успевал их произнести. Что там по этому поводу говорят англичане? «Великие умы мыслят одинаково»? Брюнет вспомнил русский вариант этой пословицы, но отмёл его, поскольку дураком ни себя, ни своего спутника не считал. И всё-таки это было удивительно. Где-то в памяти всплывали какие-то смутные воспоминания, но полукровка к ним не прислушивался. Ему совершенно не хотелось разгадывать эту загадку.
- Хорошая мысль. Почему-то я подумал о глинтвейне, но, боюсь, его маловато будет, - усмехнулся Сантино. – Если мы собираемся вернуться на пляж, надо будет взять что-то более… хм.. горячее, - весёлость Тая передалась и ему.

+1

33

Дождь становился все сильнее, одежда быстро намокла от бьющего в лицо дождя, волосы прилипали к коже, вода ручейками начала стекать с длинных волос на одежду. Тропический ливень утопил берег бесконечным дождем... Свет и разрывающий воздух раскат грома...
- Думаю, у них найдется что-то и более крепкое для нашего случая, - Тай смеялся, эта сумасшедгая погода его веселила, освобождала. Бесчинство природы восхищало, наполняло энергией, жаждой действий... Но, хоть воздух все еще и был теплым, вода все быстрее остужала недавно нагретое солнцем тело. Имело смысл найти что-то, что вызовет запасы тепла в организме, Тай потянул Сантино к бару.
Плотный песок скользил на сухом слое, выбивался из-под ног, дождь бил в бок и старался сбить с ног. Ему было весело.

0

34

**********************************

Номер 111 (Эрик Грейс)

Натан не был избалован роскошью. Никогда. Поэтому ценить ее умел.
И, раз уж ему выпал такой потрясающий шанс побывать на райском тропическом острове - упускать возможность вкусить райское наслаждение он не собирался.

Побросав одежду, он с гиканьем устремился к утреннему океану, по пути перепрыгивая через выброшенных на берег крабов и кучи водорослей. Персонал, наводящий порядок на пляже, еще не проснулся, потому песок сиял не лощёной, а именно первозданной чистотой, вода, у берегов несколько мутноватая, чуть дальше была кристально чистой.
Плюхнувшись в воду и радуясь, что его никто не видит, вор плавал в похолодевшей воде и был в этот момент самым счастливым человеком на свете. Отзвуки урагана еще слышались издалека, где темнела чёрная, огромная туча и океан был мрачным, но остров был уже вне зоны локальной катастрофы. Можно было не опасаясь купаться, чем Джонатан и занимался, пока губы его не приняли нежный синеватый оттенок.
Только после этого парень выбрался на берег и растянулся на шезлонге, не решившись падать на еще влажный, покрытый раздражёнными крабами и холодный песок.
Отсюда открывался потрясающий вид на отель, и вдруг...
Джон приподнялся, не веря глазам своим.
Из окна первого этажа выскочил мужчина.
Вор?.. Может, убийца?..
Нет, они так себя не ведут.. словно из своего дома выходят, разве что, не через дверь...
Прикинув расположение окон, Натан уронил челюсть: по всему выходило, что это - его клиент, заказанный мистером Блэком!.. Воришку как ветром сдуло - не стоило показываться на глаза заранее. И, кажется, самое время выполнять порученный Райвеном заказ!..

номер Константина

*********************************************

Отредактировано Джонатан Ли (2011-05-16 18:46:36)

0

35

Смерть всегда приходит неожиданно, даже если человек очень стар, даже если он тяжело болен или уже при смерти. Тем более, когда ты знаешь его уже очень давно, любишь его, и вы понимаете друг друга, едва повстречавшись глазами.
Грегори Дое, друг и партнер отца, в последующем друг и партнер Хьюго, отставил семейство Эстерберг в этом мире с ощущением грусти и некомпенсируемой ничем потери.
Именно этот француз открыл для Хью новые находки, несколько молодых авторов, имевших бешеный успех и порадовавший владельца мюнхенской галереи современного искусства кассовым сбором. Несколько великолепных работ, которые появились в доме Хелен и Ингвара благодаря чудесному вкусу Грегори, придали особые оттенки ауре родового гнезда Эстербергов. Душа друга семьи осталась в этих картинах и статуэтках навсегда для стокгольмцев.
Хьюго вылетел в Париж, испытывая смешанные чувства. Он отдавал себе отчет в том, что встретит Клэр, и при этом предательское волнение душной волной поднималось откуда-то из живота, прокатывалось адреналином в груди и толчком крови ударяло в лицо. Что скрывать, он был рад увидеть её, хотя обстоятельства встречи были весьма нерадостными. Он уже предвкушал, как обнимет её, утешая, как сядет с ней под кленом на скамью, скажет теплые слова. Хью хорошо знал, как близки были Грегори и Клэр. Порой он ревновал малышку к её же собственному отцу, и если бы он не знал хорошо её отца, мог бы подумать, что их связывают не только духовные узы.
Но Париж его не ждал. Хью застал только Мадлен. «Безутешная» вдова поведала за чашкой чая, как отразилась на Клэр потеря отца, как страшно и больно было видеть растерянность и отчаяние граничащие с безумием в ее глазах, и как бы невзначай обронила, что сумела отправить её к племяннице на остров, чтобы вытащить из депрессии.
Хьюго решил, что это его счастливый час. Она несчастна, она растеряна и чувствует себя одинокой. Сильное мужское плечо -  а это будет его плечо! -  окажется весьма кстати. Он был более, чем уверен, что Клэр будет благодарна ему за то, что он появился так вовремя. Окрыленный надеждами
Хью был добит беспрерывной болтовней в самолете и в отеле появился очень раздраженный.
Впрочем, настроение подняло безупречное обслуживание, и в номер Хьюго поднялся с чувством, что впереди его ожидают приятные события.
Близился рассвет. Мужчина в расцвете сил и лет освежился с дороги под душем и открыл окно, впуская прохладный предутренний воздух. Птицы уже наполнили звонкими голосами побережье острова, перекрывая пение цикад.
Хью глянул в небо, на гаснущие звезды и понял, что уже не сможет уснуть, зная - она здесь, где-то на этом душном острове, где-то рядом.
Странная мысль вдруг мелькнула в голове. А что, если она уже не одна?
- Черт!
Хьюго сверкнул глазами на всю эту проклятую красоту. Сидеть в номере представлялось невыносимым и он отправился до завтрака на пляж.
Уже появились первые лучи. Клэр любила рассвет. Всё ассоциировалось с ней, и эта девушка, выходящая из воды...
Швед вдруг остолбенел, глядя на нимфу словно на чудесное видение. Это знак! Да! Это знак! Это Клэр, она, это ее точеная фигурка, ее волосы! Как же она божественна в каплях воды, мерцающих в лучах рассвета, словно бриллиантовая пыль.
- Клэр! - позвал Хьюго, - вот ты где... Я узнал о несчастии... Примчался... Родная, мне так жаль...

0

36

Номер 323

Клэр специально избрала этот час, чтобы не наткнуться на других отдыхающих. Она вышла из номера, когда отель еще был погружен в сонную дымку. Тишина в коридорах и в холле. Она прошла через отель не таясь, но и не привлекая внимания, тихо и молча погрузившись в свои мысли.
Солнце еще не припекало, а едва наметилось на горизонте, чуть разгоняя ночной мрак. Пляж был пуст. Она бросила сумку на песок и сняла через голову шифоновую тунику, оставшись в купальнике. Сбросив сандалии, Клэр медленно пошла к воде. Она наслаждалась шепотом прибоя в предрассветный час и полным одиночеством.
Впервые за последние недели боль отпустила, и она перестала бояться своего уединения. Она не ощущала больше себя покинутой и брошей.  Она чувствовала умиротворение и покой.
Клэр вошла в воду с безмятежной улыбкой и бросилась в объятия стихии. Она не сопротивлялась, позволяя воде подхватить ее тело. Клэр то плыла вдаль, то возвращалась, уходила под воду, задержав дыхание, и выныривала, пока не почувствовала усталость. Приятную усталость.
Солнце уже окрасило горизонт красками рассвета, обозначая свое вступление в права. Волна вынесла тело Клэр. Она ощутила дно ногами и встала в рост. Ей хотелось упасть на песок и наблюдать за восходом солнца, забыв обо все и вся…
Только волшебный момент единения с рассветом был внезапно изгажен. Клэр резко поменялась в лице. Не было на нем уже безмятежной улыбки, исчез умиротворенный взгляд. Где-то в груди начала нарастать ярость, замешенная на обиде. Он шел на встречу весь такой идеальный до тошнотворности.  Что он там нес? Как назвал? Ярость медленно, но верно перетекала в бешенство. По жесту она угадала его желание заключить ее в объятия.
Он это что, серьезно? – Пронеслось в ее голове вихрем.
Клэр забыла про рассвет, волны и песочек. Она пошла ему на встречу, уверенно, решительно и как только поравнялась, со всей силы размахнулась и залепила ему пощечину. Ладонь как огнем обожгло, но оно того стоило. Злорадно улыбнувшись и пользуясь его замешательством, Клэр прошла мимо. Подобрала с песка свою сумку и тунику. Одеваться времени не было. Желания выяснять каким ветром его сюда задуло – тоже. Она улетит ближайшим рейсом. Но главное не убить этого его до отлета…

Отредактировано Клэр Дое (2011-06-13 00:14:25)

0

37

В глаза ему брызнули солнечные лучи и на какой-то момент Хьюго "ослеп". Он прищурился и чуть повернул голову, спасаясь от слепящего света. Клэр стремительно пошла ему навстречу, и Эстерберг не удержался от победной улыбки.
"Да, детка, иди к папочке, я тебя пожалею!"
Он бы рассмеялся, если бы не трагизм ситуации. Сейчас он прижмет ее к себе, прохладную после купания, погладит по волосам, осторожно проведет пальцем по ушной раковине. Скажет ей - "милая, ты поплачь, доверь мне свою боль, пожалуйста." Он вздохнтет, Клэр почувствует его дыхание на своей коже.
Это будет так красиво - рассвет, птичий базар, пустынный пляж и два воссоединенных любящих сердца.
В последний момент он заметил, как сверкают ее глаза и решил, что это закипают слезы.
- Ну иди ко мне, мой хороший... - успел произнести Хью и в следующий момент его голова мотнулась от немилосердного удара по лицу.
- Как ты меня горячо встречаешь, дорогая, - четко проговаривая каждый слог, сказал мужчина и сжал губы. Может быть он и прав на счет другого мужчины?
- Клэр! - хозяйским тоном скомандовал Эстерберг, - ты опять сбежишь и не дашь мне объясниться! Нет, ты постой!
Он был разъярен. Его бьет женщина! В два прыжка он настиг девушку и схватил ее за тонкое запястье.
- Я к тебе со всей душой, ну что же ты... - едва сдерживая рычание, он прижал к себе хрупкое тело, влажное и такое соблазнительное сейчас.
- Зачем ты так со мной, девочка моя, - горячо зашептал Хью, - я гоняюсь за тобой по всему миру только для того, чтобы получить пощечину! Ты так решила? Глупыш... Я же люблю тебя...
Хьюго не узнавал свою Клэр, всегда нежную, беззащитную, ранимую...
- Кто он? - вдруг взревел ревнивый самец, - кто он, скажи!
Хью почувствовал, что ему не хватает воздуха. Мысль о том, что она принадлежит другому, сводила с ума. Мужчина крепко схватил Клэр за волосы и возбужденно сопя, впился в ее губы поцелуем. После этого она не посмеет сопротивляться.

0

38

- Иди к черту, Эстерберг! – Выкрикнула она на ходу.
Но добраться до здания не успела. А вот хозяйский тон уловила и разве что не подпрыгнула на месте от бешенства. Его пальцы больно сомкнулись на ее запястье, но Клэр даже не скривилась. Она гордо вскинула подбородок, сверля его разъяренным взглядом.
- Душевность свою засунь знаешь куда?! – В ответ прошипела она сквозь зубы.
Клэр уже едва ли не трясло от бешенства. А когда-то ее так же трясло от другого чувства, когда она смотрела на него. Но сейчас, позабыв о манерах и воспитание, хотелось в самых жестких выражениях сориентировать его на местности и указать конечный пункт назначения.
- Затем, что ты даже этого не достоин! – Бросила она ему в лицо. – Я тебя о своем решение уведомила еще полгода назад в Мюнхене. У тебя проблемы со слухом или с пониманием сказанного?!
Кажется у Хью вообще крыша поехала. Он всегда болезненно на слово «нет» реагировал, но сейчас… На секунду Клэр ощутила испуг и желание заорать на весь отель. Может кто и услышит ее в этот ранний час?
- Ты больной? – Тихо спросила она, глядя на него с удивлением.
Аха, о ревности она его тоже знала, только в таком вот варианте еще с ней не сталкивалась. Чаще она в ином ключе наблюдала его страсти и ей даже это нравилось. Когда они еще были любовниками, Клэр от одного воспоминания о нем могла перевозбудиться в самолете Мюнхен-Париж. Ее вполне устраивал их роман на два города. Сегодня они в его доме под Мюнхеном, завтра в ее квартире в Париже. Его вроде тоже устраивало. И только спустя два года, Клэр узнала почему. Мягко говоря, возмущению ее не было предела. Говорят, от любви до ненависти один шаг, в ее случае это был один миг. Она тут же собрала вещи и вернулась в Париж. Он за ней не полетел. Он вообще исчез на полгода из ее жизни.
Когда Хью схватил ее за волосы, Клэр только громко выдохнула, но не от боли, а от возмущения. А дальше… Дальше ее возмущение дошло крайней степени. Клэр резко согнула колено, метя наугад, но все ж в определенное место. Пусть теперь наслаждается поцелуем, если сможет…

+1

39

Да, он тогда не полетел за ней, не попытался вернуть. Был такой громкий скандал, какой наверно долго обсуждали соседи, но об этом никто и никогда не узнает - соседи у Хьюго люди воспитанные и будут говорить о пикантных подробностях жизни известного бизнесмена так, чтобы он не услышал.
Что говорить, он тогда был очень зол. Клэр обвинила его в непорядочности, даже не дала ему возможности соврать и успокоить. Он бы сказал ей то, что обычно говорят мужчины в таких случаях женщинам - про развод, про то, что хочет развестись с женой мирно, но на это надо время, и всё в таком духе, но Клэр так обиделась, что Хьюго в какой-то момент даже растерялся.
Она не дала ему и слова вставить, покидала вещи в сумку и вылетела из дома, громко хлопнув дверью. На полу остались лежать ее трусики, словно в насмешку, в ванной. Потом в нём заговорила гордость. Хьюго был уверен, что долго она без него не проживет, затоскует, сама прибежит обратно... Но... Шло время, и тосковать начал сам Хью.
Хотя старательно делал вид, что жизнь удалась.
И вот теперь, здесь на пляже, когда случилось то, о чем он мечтал в последние несколько месяцев - о том, чтобы вновь обнять и поцеловать ее, он получает яростный отпор.
От боли вспыхнул салют в глазах, Хьюго замычал, словно рожающая корова, и медленно осел на тепленький песочек, держась руками за раненое место.
- Ах ты... Суккккк...
Он не слышал ни плеска волн, ни щебета птиц. Хьюго превратился в сгусток боли, комок ярости и в конечном итоге - в разъяренного самца.
Швед резко выбросил руку вперёд, хватая Клэр за лодыжку, дернул под себя. Она упала, громко вскрикнув от неожиданности, и Хьюго навалился на нее, зажимая рот. На этот раз она его выслушает.
- Ты сама виновата, Клэр! - рявкнул мужчина, - я хотел развестись тихо и мирно, ты бы не узнала даже, что я был женат и не мучилась бы совестью за от того, что явилась причиной развода!
Ты же такая утонченная натура, Клэр, - заметил он с легкой язвой, - ты бы не пережила этого! А я так не хотел тебя терять, дорогая!
Хотя Хьюго сам уже потерял голову. Боже, как она близко. Он так соскучился по этому телу... Мужчина тяжело задышал в лицо француженке и довольно грубо впихнул колено между бедер девушки, намереваясь взять ее силой, прямо тут, на пляже. Плевать… В такой ранний час отдыхающие должны лежать в постелях и видеть утренние кошмары.
- Клэр, пожалуйста, не будь ребенком, - сделал он ещё одну попытку решить дело миром, хотя вот уже пошла одиннадцатая минута, как он встал на путь насилия, - признайся, что ты любишь меня и хочешь!

0

40

Клэр ликовала сущее мгновение. Не успела она в полной мере оценить масштаб своей победы, как Хью повалил ее на песок. Она даже заорать не сообразила во время, чтобы привлечь внимание спящих постояльцев. От его резвости Клэр, мягко говоря, опешила на пару минут. Она смотрела на него до глубины души шокированная происходящим и терялась с ответом. Не, такого Хьюго она не знает точно. Это так на некоторых акклиматизация сказывается? А что дальше? Отлюбит прям тут на глазах изумленной публики?
Клэр зажмурилась и напряглась всем телом, слушая его бред про развод. Видимо это должно было как-то ее растрогать, вразумить и надоумить тупо и молча подчиняться. Она открыла глаза, когда он сказал, пожалуйста. В чем должна признаться? Любит? Хочет? Ну да, попробуй тут скажи обратное.
Сомнений в том, что он явно хочет уже совсем не разговаривать с ней не осталось. Клэр судорожно соображала, что делать. Орать и будить весь отель? Ну и каковы шансы, что он ей позволит? А потом? Бегать от него по всему острову до следующего рейса с этого острова?
Она вдруг расслабилась и взгляд ее поменялся. Сейчас она скажет, что он хочет…
- Поцелуй меня! – Требовательно шепнула Клэр ему в лицо, перестав упираться рукой в его грудь и обняв за талию. – Немедленно, поцелуй меня!
Она закрыла глаза, соображая как теперь выбраться из-под него и оценивая свои шансы добежать до отеля. Нет. Бежать не выход. Тут слишком много безлюдных углов и у нее слишком мало шансов дать ему отпор.
Клэр отвернула лицо, рука соскользнула с его талии и  упала на песок. Она не хотела играть по его правилам. Совершенно не испытывала ни какого желания от его близости. И лгать ему не считала нужным.
- Хью, прекрати немедленно, - тихо сказала Клэр, спокойным, ровным голосом. – Слезь с меня. Я не уйду. Ты хочешь, чтобы я тебя выслушала? Я выслушаю.
Она вновь повернулась к нему, заглядывая в холодные серые глаза.
- Если ты будешь вести себя нормально, а не как животное, - начала она диктовать свои условия.
Эстерберг вроде был разумен, и ей лишь нужно было достучаться до этой его разумности, обойдя дурной характер и бешеные страсти. Но Клэр себе плохо представляла, как говорить с мужчиной, когда она в данный момент думает вовсе не головой.

Отредактировано Клэр Дое (2011-05-05 11:22:20)

0

41

Изменилось всё внезапно. Он вдруг повстречался с ней взглядом - она смотрела ему в глаза. Клэр пошла на контакт, более того, Хью почувствовал, что она больше не сопротивляется. Что это? Поняла, что бессильна или всё же позабытые чувства вспыхнули в ней, разбуженные натиском когда-то любимого мужчины? Он отнял руку от лица девушки и в тот же миг почувствовал, что Клэр обняла его. Он улыбнулся, услышав ее призыв. Да! Он знал. Он знал, что она не устоит.
Хьюго помедлил с поцелуем, внимательно глядя ей в лицо. Не может быть, чтобы гнев так быстро сменился на милость. Хотя и говорят, что от любви до ненависти один шаг, но он считал это подростковыми проблемами. Взрослые люди ведут себя по-другому.
- Ты правда хочешь? - задал он странный вопрос, учитывая что еще минуту назад вовсе не собирался считаться с ее желанием.
Однако, ему стало не по себе от того, что он только что творил. Это было дико для него самого. Нет, Клэр не захотела. Она всего лишь защищается, Хьюго понял это из того, что она ему сказала следом.
Но тем не менее, мужчина успокоился. Он поднял голову, беспокойно оглядывая пляж и окна отеля. Хьюго стало не по себе - до чего же он опустился.Сглотнул, окинул взглядом ее волосы, веером раскинувшиеся по песку и поцеловал девушку в щеку.
- Прости, - хмуро сказал Эстетберг, приподнялся, не глядя больше в глаза Клэр, - я повел себя некрасиво.
Он взял себя в руки и сел на песок, сложа руки на согнутых коленях.
- Я истосковался по тебе, Клэр, - глядя на море и щурясь от бликов, - Ты встретила меня такая чужая... Холодная.
Повернув голову, он глянул ей в лицо.
- Давай всё вернем.

0

42

Ощутив легкость и свободу, когда Хью слез с нее, Клэр даже улыбнулась. В мыслях.
- Не красиво, - усмехнулась она, поднимаясь с песка. – Это мягко сказано, Хью. С точки зрения уголовного кодекса…
Она осеклась. Ну и к чему тут уголовный кодекс? Клэр села на один из лежаков и натянула шифоновую тунику через голову. Купальник был еще мокрый, а спина вся в песке, но она это переживет. Потом душ примет и переоденется.
- А ты на какую встречу рассчитывал? – Удивилась Клэр. – Хью, посмотри правде в глаза. Ты мне лгал два года. Вся наша жизнь была ложью. Сплошное лицемерие и ложь!
Клэр отвела взгляд, когда он на нее посмотрел. Набегающие на берег волны умиротворяли. Наверно им надо было давно поговорить спокойно и без эмоций. Хотя, как можно было с ним говорить без эмоций? Он иногда элементарных вещей не понимал, хотя казался вроде умным и образованным.
- Вернем что?
Она фыркнула и покачала головой. Вернуть. Что за бред? Было б еще чего возвращать. Ей ее не оскорблял гордый титул любовницы. Ее скорее задевал факт дележки его с другой женщиной. Клэр вдруг повернула к нему лицо и усмехнулась.
- Я не хочу быть любовницей женатого мужчины, - честно призналась Клэр.
Да, считается, что это вроде как не почетная должность. Она скользнула взглядом по его лицу. Немного загорелому. Это ее так ревность остудила или время? Что она вообще к нему чувствует? А она вообще еще чувствует?
- Но это вовсе не значит, что я хочу быть любовницей разведенного мужчины, - поспешила она обломать ему крылья, пока еще не выросли. – Хью, нам нечего возвращать, и ты сам в этом виноват. И оставь свои «истосковался», «люблю», «скучаю» и прочее. Никакого возврата не будет. Она поднялась с лежака и подхватила свою сумку с песка.
- Нам не к чему возвращаться, - посмотрела она на него сверху вниз и усмехнулась. – Кстати, другого мужчины нет.

+1

43

Да, да, конечно, она была права, эта умная женщина. Кого он хотел обмануть! Конечно, с его стороны было непорядочно обманывать Клэр, обнадеживать в плане будущего - а она наверняка видела себя его женой где-то уже не за горами и, возможно, матерью двух-трех очаровательных малышей.
Всё это он хорошо понимал. Сейчас. О чем он думал тогда? Да ни о чем. Он просто жил и наслаждался жизнью. Черт возьми, а почему он должен выбирать?
Хью вскинул бровь, слушая ее.
- Подожди, дорогая. Пожалуйста, сядь, - попросил Хьюго молодую женщину, - да... Два года. Но именно эти два года я вел переговоры с женой на счет развода. Он опять врал. Отчасти. В конце концов, он же отправил документы и юристов в Стокгольм.
- Видишь ли... Поздно говорить "я не хочу". Считай - я уже разведен. Теперь у меня тоже нет женщины... Кроме тебя... Клэр...
Он глянул на нее своими ясными глазами. Так, пожалуй, смотрит на своих жертв Купидон.
- Клэр... - нежно произнес он ее имя, - неужели ты ничего, ничего не чувствуешь? Ты помнишь только плохое? У нас было столько хорошего, дорогая, неужели ты забыла? А любила ли ты меня?
В его печальном голосе прозвучал едва заметный упрек.
- Тогда могу я хотя бы попросить тебя не сбегать с острова сегодня же. Позволь мне с тобой время проводить, смотреть на тебя, любить издалека.
Он тоже поднялся и наклонился, чтобы поцеловать ее пальчики. Надо же... На этих пальчиках не было кольца, которое он дарил ей на годовщину отношений.
Это больно ударило по самолюбию, но на этот раз Хьюго проглотил обиду. Он купит другое.
Эстерберг выпрямился. Он завоюет ее - так он решил.Чем чаще она говорила "нет", тем выше возрастало его желание обладать ею.
- Разреши проводить тебя до номера, - смиренно спросил Хьюго.

+1

44

Клэр тряхнула головой и предупреждающе подняла руки вверх.
- Ты лжешь, Хью, - сказала она, глядя ему в глаза. – Полагаешь, за два года я не научилась читать тебя? Даже сейчас, предлагая все вернуть, ты мне лжешь! Я не вернусь в эту ложь! Это ясно?!
Она отвернулась, но не ушла. Как донести до него? Как заставить понять суть ее ухода? Он по жизни делал, что хотел и ни в чем себе не отказывал. Вещи, люди, женщины. Мир крутился вокруг него, а он снимал сливки.
Клэр вдруг показалось, что она впустую тратит время. Разочарование читалось в ее взгляде открыто. Она сожалела о том, что он такой как есть. Сожалела, что не пробиться сквозь его эгоизм и привычку обладать.
- У тебя и меня нет больше, - озвучила она факт давно известный ей.
Она пожала плечами и скупо улыбнулась. Очарование и обожание уже давно спали с нее, открыв голую правду, которую она так усердно не желала замечать поначалу.
- Знаешь, не тебе рассуждать о любви, Хью. Ты вообще не имеешь понятия что это, - кажется, Клэр понесло. Ей вдруг отчаянно захотелось ему высказать все, что она думала и чувствовала. И пусть не поймет. Она просто скажет и поставит точку. – Ты не умеешь любить. Ценить, да и то лишь когда ценник увидишь. Твой мир ограничен материальными вещами и все что лежит за его границами тебе не ведомо. Ты привык обладать. Ты не понимаешь слова «нет». Тебе вообще плевать на все и вся, кроме себя. Ты притащился за мной через пол земного шара только потому, что я тебе «нет» сказала! И скажи обратное, ты на завтра имя мое забудешь. Сколько у тебя было женщин? Скольким ты им лгал? Да мне лет наверно меньше раз в десять. Скольких ты любил? Ни одной! Но всеми обладал. Модели, актрисы, певички, просто милашки с офигенными формами.
Клэр отрицательно качнула головой. Что она вообще несет? Перед кем тут распинается? Да он и двадцати процентов из сказанного не поймет. Опять сейчас взбесится и завалит ее на ближайший лежак.
- Что ты просишь?! Проводить со мной время? Смотреть на меня? Любить издалека? Хью, я не Мона Лиза кисти да Винчи, которую тебе просто не продают и потому лишь ты ходишь каждый день в Лувр. Хотя, думаю ты просто еще не приценивался. Иначе она давно б висела у тебя в спальне.
Она вздохнула, глядя на него. Интересно, сколько женщин на острове отдались бы за его улыбку? А за брошку с бриллиантом? А за новую машину, собранную под заказ?
- Я живой человек. Я не вещь. И никогда не буду тебе принадлежать. Мне твоя такая любовь не нужна. Мне вообще ничего от тебя не нужно. Я не желаю иметь дело с капризным и избалованным ребенком. И покуда ты будешь таким как есть…
Клэр осеклась. Аха, сейчас она выдаст ему краткий путь к цели и подпишет себе приговор до конца дней. А к чему вообще эта проповедь была?
Клэр посмотрела на него иначе, пытаясь понять, какие он действительно чувства вызывает. Нет, сердце больше не замирает. Дрожь не пробирает. И душу за ночь с ним она, пожалуй, уже не продаст. А что тогда?
Она коснулась его щеки. Такой теплой и родной. Она что лгать сама себе начала? Вроде еще нет. Ни единой искры не вспыхнуло.
- Прости, Хью, ты зря потратился на билет.

Отредактировано Клэр Дое (2011-05-05 23:43:53)

0

45

Что ж, Клэр не открыла Америку. Она просто прозрела, и Хьюго это отчетливо понял из ее нелицеприятной речи, вырвавшейся из глубины ее чувствительной души. Он ощутил что-то странное, когда слушал ее - будто бы тоже... Некое прозрение, нет, не в отношении себя. В отношении ее. У Хьюго появилось чувство, что что-то он упустил, прошёл мимо чего-то очень важного для него, обокрал сам себя.
Да, у него жизнь всегда была полной чашей, всё ему давалось слишком легко, чтобы он мог о чем-то пожалеть... Постоянно разъезжая по городам - на всякого рода конференции, встречи, презентации, он никогда не отказывался от приятного сопровождения в лице шикарной женщины, но ни одна не задержалась в его душе.
Он расставался с ними без сожаления и спешил к другой, но когда появилась Клэр, то на ее фоне вдруг отчетливо стало видно, насколько любовницы повторяют друг друга. Француженка сказалась не просто утонченной и не просто хорошо разбиралась в искусстве. Это было нечто другое... Более глубокое, неосязаемое, необъяснимое.
- Неужели всё так плохо в отношении меня? - спросил Хьюго, - это окончательный диагноз?
Он посмотрел на нее если не жалобно, то с просьбой не рубить вот так вот, с плеча. Да, женщины были для него вещами, но только Клэр оказалась единственной потерей, о которой он пожалел. Он вдруг услышал крик чайки, отозвавшийся внутри тревожной, тоскливой струной. Чайки появились неожиданно, закружили над пляжем под шум прибоя. Где-то на краю памяти зазвучала музыка - то был сакс... Он вспомнил эту композицию, инструментальный вариант известной песни Джо Дассена.
Клэр не любила саксофон, но как поразительно она менялась, когда слушала оперу... Тогда они ходили на итальянцев... Он вспомнил, как она буквально слилась со звуками, которые для Хью были просто красивым сочетанием музыки и голоса певца. Хьюго испытал тогда что-то вроде ревности.
Но при этом он увидел в ее лице, в ее глазах столько света, столько красоты, что на несколько минут выпал вообще из этого мира…
Он ничего не понял тогда, но загрузился надолго, размышляя над тем, что же она такого находит в этих звуках.
- Знаешь...
Он вырвался из воспоминаний, потирая лоб и пытаясь сообразить, как выразить то, что он чувствовал.
Хью внимательно посмотрел Клэр в глаза, так, будто впервые что-то увидел в них.
- У тебя бывает такое выражение лица... Однажды понял, что тебе известно что-то такое, отчего можно быть по-настоящему счастливым... У меня тогда мелькнула странная мысль - что такое деньги, состояние, положение? И как этого всего мало, чтобы быть счастливым по-настоящему, потому что всегда чего-то не хватает. Я понял сейчас… Мне не хватает тебя.  Когда тебя не стало рядом, внутри меня появилась такая пустота... Мне так стало плохо без тебя. Я не сказал, что хочу тобой обладать, я попросил тебя всего лишь терпеть моё присутствие.
Эстерберг, испытывая сейчас настоящую внутреннюю революцию, взял ее за руку, осторожно, нежно, трепетно, будто боялся испугать, сломать или причинить боль. Нет, он не отказался от намерения завоевать Клэр. Он всего лишь пытался найти к ней другой путь, искал интуитивно, потому как она совершенно не вписывалась в картину мира, в каком он жил до нее. Подсознательно он чувствовал, что по проторенным дорожкам он только уйдет от нее ещё дальше.
- Клэр... - заклинающе произнес Хьюго, - Клэр. Не исчезай из моей жизни.

0

46

Клэр смотрела на него, и понять никак не могла. Он серьезно или опять играется? Она аккуратно вытянула свою ладонь из его рук, когда он закончил свою пламенную речь. Глупо все как-то получалось. Она ему об одном, он о другом.
Хотя нет, вроде он что-то там уловил из сказанного и запел иначе. Только в искренности его слов Клэр очень сильно сомневалась. Потому что люди так вдруг в одночасье не меняются. Ей очень хотелось поверить в чудо, но наступать на одни и те же грабли было величайшей глупостью.
Хотя, она всегда была за цивилизованные отношения. Без скандалов, ругани, насилия. Пока разум его не был опьянен страстями, можно было рассчитывать на разумный диалог. А если вдруг ему опять приспичит?
Клэр бросила на него оценивающий взгляд и усмехнулась.
- Эстерберг, ты невозможен! Ты как пиявка! Честное слово, сам еще не устал?
Она развела руками и окинула пляж взглядом. Океан, песок, чайки, рассвет… И маньяк-извращенец напротив, который вдруг так решил поиграться в любовь до гробовой доски. Театральные паузы, громкие слова, выразительные взгляды. Вариант с утешением не прокатил, акт насилия сорвался, раскаяние было. Что еще ему осталось? Утопиться с горя?
- Все! Мне надоело, - вздохнула она. – Щенячий взгляд не трогает. Ласковый твой тон тоже. И от близости твоей у меня больше разум не отказывает. Я тест прошла?
Клэр вопросительно приподняла бровь. 
В голове мелькнула шальная мысль. Сочинить ему задание и отправить воевать с ветряными мельницами. Если не угомонится в процессе, не остынет и не раздумает, то будет повод подумать ей уже. Может и искренне он тут поет. Но так вот с порога в его объятия падать, точно не стоит. Пусть помучается. Чем дороже заплатит, тем больше будет ценить! Клэр ужаснулась от собственной циничности и жестокости.
- Я может, пойду уже? А то завтрак пропущу…

0

47

Настала пауза длиной в вечность – как сказал бы поэт. Для Хьюго этот временной отрезок действительно показался издевательски долгим. Он ждал, внимательно следя за реакцией молодой женщины, неожиданно оказавшейся прямо-таки железной леди. И она не смягчилась нисколько, хотя после её жеста, после того, как они прикоснулась к его лицу, ему на миг показалось, что лед всё же тронулся. Все надежды и всё его благоразумие рухнули, как только он почувствовал, что её пальцы осторожно и настойчиво выскальзывают из его ладони.
Хью побледнел, убитый её по-мужски безупречной логикой. Надо же… Ни одной детали не упустила. На какой-то момент он почувствовал, что им снова овладевает бешенство, граничащее с отчаянием. Хьюго громко сглотнул, стиснул челюсти, отчего вздулись желваки. Он на секунду опустил глаза, пряча от неё эмоции и понимая, что может сейчас проиграть навсегда. Мужчина медленно и глубоко вдохнул, одолеваемый искушением накричать на Клэр и хорошо её встряхнуть за плечи.
- Ну что ты за женщина, Клэр… - глухо начал он, - ты просто невозможная женщина…
Он хотел добавить, что с таким характером ей придется очень трудно, что она всегда будет одна, что даже подруги не будут задерживаться около неё – несговорчивой, болезненно принципиальной, жестокой, но удержался, интуитивно чувствуя, что не стоит этого ей сейчас говорить.
- Как мне ещё доказать тебе! – потрясая руками и поднимая к небу лицо, воскликнул Хьюго, - как!
Он заходил по песку, замаячил перед её глазами, нервничая, психуя и не зная, что делать. Хьюго задыхался и его испытывал странное жжение в глазах. Все аргументы разбились о цитадель, возведенную хрупкой рукой девушки. Такое было впервые в его отношениях с прекрасным полом. Отчаявшийся мужчина остановился перед ней резко, вдруг падая на колени.
- Мне осталось только продать душу дьяволу, Клэр… Ты слышишь?!
Он оглянулся по сторонам, будто искал агента по закладыванию душ.
- Я! Хьюго Эстерберг! В здравом уме и памяти, хочу продать душу за любовь этой женщины!

+1

48

"Заманчивое предложение, - подумал Анаэль, услышав древний призыв. - Эти смертные совсем не понимают, с кем имеют дело? Литература, кинематограф, еще эти проклятущие шоу, до отказа напичканные мистикой и фантастикой, люди перестали следить за тем, что говорят. И предостережение "Будь осторожней с желаниями своими" уже не действует. Как бы не была хороша его избранница, неужели он не понимает, что играть с дьяволом в подобные игры плохая идея? Аргентинское танго с летальным исходом - да, точно. По крайней мере, ему повезло, что я не трудоголик. Опомнись, друг мой, оглянись! Вокруг столько красивых женщин, мечтающих подарить тебе свою любовь, а ты готов душу заложить за ту, которая тебя больше не хочет. Лень, черт возьми! Ладно, смертный, даю тебе последний шанс передумать. Будем пока считать, что вызов ложный, и я ничего не слышал"
Анаэль улыбнулся нахлынувшим мыслям, припоминая одного викария, до беспамятства влюбленного в прекрасную горожанку. Забавная получилась сделка.
"Было дело, да..."
Анаэль решил не дергаться раньше времени и не проявлять чрезмерное усердие, являясь смертному по первому же зову. Вот если еще раз предложит - тут уже грех не проявить любопытство.

+1

49

Она села на лежак, глядя на Хьюго. Видимо душ и завтрак опять откладывались.
«Что же я за женщина? – в уме переспросила Клэр и усмехнулась. – Обычная такая, со своими взглядами на жизнь. А еще оскорбленная тобой! Но в целом, ничего выходящего за рамки нормальности.»
Она видела, как меняется его лицо от проносящихся в голове мыслей и желаний. Как жизненно, как натурально и искренне. Клэр даже на одну минутку поверила ему, но потом сбросила с себя это наваждение. Ей казалось, что он играет, нащупывает слабые места, ищет подходы, торгуется.
Когда он упал на колени, Клэр даже удивление на лице своем нарисовала. Ей вдруг стало интересно, перед сколькими еще женщинами он вставал на колени. Хотя, нет. Это было не в его стиле вообще. Возможно, он даже перед женой на колени не вставал, когда делал предложение. Хотя он мог вообще адвоката к ней заслать, с выгодным предложением, с него станется.
Она уже хотела ему сказать: «Да слышу, слышу я тебя!», но вздрогнула от его следующей фразы. Клэр оглянулась по сторонам. Пляж был пуст. Но сердце ее учащенно забилось.
Она так хотела увидеть отца и пожалуйста, он появился в ее номере. Он говорил с ней, он обнимал ее. Она смотрела в его глаза, любящие, сожалеющие. Вспомнились вдруг шутливые слова Катрин. Ну, тогда они казались ей шуткой. А сейчас… Сейчас?... Сейчас она бы перекрестилась, если б помнила как.
Клэр сорвалась с лежака и метнулась к Хью. Она упала перед ним на колени и закрыла рукой ему рот. Ну, возможно она уже умом тронулась. Возможно, он сейчас это не так поймет, но…
- Эстерберг, заткнись! Ради всего святого, заткнись! – Шепнула она.
А что было для него вообще свято? А для нее?
Она смотрела ему в глаза, без насмешки, без обиды, без сомнения. Наверно в ее скорее всего отображался страх. Клэр вдруг осознала всю абсурдность произошедшего в ее номере.
Отец был мертв. Она видела тело. Она видела заключение врачей. Гроб закрывали при ней, при ней его погружали в могилу. И в сказки про воскрешение она не верила. Правда и в духов, и в приведений она тоже не верила. Тогда во что она верила? И зачем ему рот затыкает?
Клэр убрала руку и склонила голову.
- Хотя, если она тебе не нужна… - усмехнулась она, прекрасно понимая, как глупо будет звучать рассказ про отца в ее номере, но решив не упустить возможности еще раз ткнуть его носом в его природу. – И ты хочешь ее попользовать как разменную монетку, для приобретения новой игрушки. Приобретения, Хью. Против моей воли! В обход моих желаний!
Клэр вздохнула. Сейчас он поставит ей диагноз. Да она и сама себе его готова поставить, если учесть явление отца в номер. Она правда больна? Это была ее иллюзия? Самообман? Она явно была психически не стабильное, а тут еще разговор с отцом, шутки Кати и Хью со своим предложением любви и мира… Ну и как в такой чудной атмосфере не спятить окончательно?

Отредактировано Клэр Дое (2011-05-07 22:01:46)

0

50

Становилось жарко. Солнце начало горячо лизать спину, только Хьюго кипел совсем не от того. Никогда он ещё не сталкивался с подобным упрямством, с подобным упорством - на грани разумного. Он не понимал ее, мозг отказывался воспринимать совершенно непонятную для него схему. Поступки этой девушки не укладывались не в один поведенческий стереотип.
Хью был более, чем уверен, что она продолжает смотреть на него холодно и с недоверием, где-то с насмешкой. Он сел между пяток, роняя руки на песок и качая головой. Хьюго исчерпал все свои приемы. О корзинах цветов, об украшениях и стихах можно было даже не вспоминать. Он так подозревал, что все эти вещи вызовут в ее глазах скуку, убийственную скуку.
Только вот Хьюго опять не угадал... Клэр абсолютно выбивалась из логики. Ее реакция сначала вызвала ступор, потом Хьюго с тревогой начал всматриваться ей в испуганное лицо. Что это? Что за бред она несет? Его глаза расширились от страшной догадки. Бедняжка...
Неужели настолько подкосила ее потеря Грегори...
- Клэр, дорогая...Успокойся... - начал он, когда она отняла руку от его лица. Но все последующие слова, которые готовы были сорваться с его губ в утешение, застряли. Ему вдруг показалось, что она просто издевается, тонко, изощренно, как это умеют делать глубоко оскорбленные женщины. Скорей всего, она мстила за поруганные чувства. Чтобы Клэр верила в эти выдумки? Нет, это нонсенс! Он тоже улыбнулся, оценивая ее тонкий юмор.
- А что с того? На что мне она пустая, душа эта?
Он рассмеялся. Какой бред - дьяволы, проданные души – Хьюго вообще верил только в то, что можно потрогать руками.
- Ничего, милая, стерпится-слюбится, как говорят!

0

51

Клэр отстранилась, бросив на Хью презрительный взгляд, а потом размахнулась и влепила ему еще одну пощечину. Не такую звонкую, как в первый раз, но ощутимую на ее взгляд.
Стерпится – слюбится. Более эгоистичной и мерзкой мысли она от него еще не слышала. Хотя, все что он делал было продиктовано чистым его же эгоизмом, о котором она ему и говорила. И по сути своей довольно омерзительно, с точки зрения всего того чему ее учил отец. Его взгляды, его поведение, выводы, методы – все шло вразрез в ее.
- Свинья! – прошипела она, оскорбленная до глубины души.
Ей вдруг показалось, что еще слово от него и она до конца дней будет сожалеть, что их пути вообще пересеклись. Возможно, для кого-то показалось бы продать душу за любовь – высшей степенью самопожертвования или еще чего-нибудь там очень романтичного. Но Клэр этот акт расценивала, лишь как очередной вариант купли-продажи. Если не принимают известные валюты, не хотят драгоценные металлы и камни, отвергают бесценные произведения искусства – вещи все довольно материальные, хотя и наделенные людьми неким высшим смыслом. Значит надо просто предложить что-то еще. То, что ценится выше.  Поднять ставки. Перейти на не материальные ценности. И вот это казалось более мерзким. Перекрывалось лишь его нежеланием мириться с ее свободой выбора.
- Эстерберг, ты редкостная свинья! Мне так плохо без тебя, - начала она выдергивать его слова из контекста, с не скрываемым раздражением. – Я не желаю обладать тобой, хочу лишь рядом быть. Я много понял… Ложь! Ты не хрена не понял и не поймешь никогда! Я хочу и мне надо – ключевые моменты во всех твоих сказках, в полной мере раскрывающие их мораль! Ты хоть раз вообще задумывался, что я хочу? Что мне надо? Допускал мысль, что мои взгляды могут с твоими не совпадать? Ты вообще на равных меня воспринимать способен? Ты с моими желаниями и потребностями будешь считать? Долго еще мне душу выворачивать наизнанку будешь? Если ты забыл, я отца потеряла! Самого близкого, самого любимого, самого дорогого мне человека. До которого тебе с твоими убогими потребностями и меркантильными взглядами, как до луны пешком! Хочешь душу продавать? Да продавай! Если она вообще ценность для кого-то представляет. Телом обладать моим в замен хочешь? Обладай! И я тебя уверяю, когда ты поймешь, что это все фальшь, иллюзия и обман, будет поздно! Пойди лучше Фауста перечитай и прочую классику на тему сделок с дьяволом и насилием над личностью.

0

52

Хьюго уже почти привык к ее непредсказуемости.
- А это за что, душа моя? - искренне удивился снова красавчик, - Клэр, твои шутки становятся через чур острыми...
Пощечина обожгла не столько щеку, сколько нажала на что-то внутри Хьюго, неожиданно обнажившееся этим утром.
Он бы сказал... Что Клэр сделала ему больно... Где-то, в чем-то больно. Он страдальчески сдвинул брови, глядя на разгневанную француженку с недоумением ребенка, который думает, что его наказали незаслуженно.
- Я... Прости... Вообще это шутка была про... Н-да.
Хьюго заткнулся, секунду помолчал, подавленно утыкаясь взглядом в её колени.
- Неудачно пошутил.
Хью нервно облизал губы, которые отчего-то пересохли.
- Клэр, полегче, - он поднял глаза, отрывая взгляд от круглых коленей девушки, - я так думаю, ты не там ключевые слова увидела.
Эстерберг так и сидел на пятках, не замечая, что не чувствует ног.
Он вообще сейчас ничего почти не замечал, ошеломленный потоком ощущений, хлынувших с ее жестокими словами. Никто такого Хьюго ещё не говорил он протестовал всем своим естеством. Так выходило, что в нём нет вообще ничего святого. Так выходило, что он не достоин ни любви, ни сочувствия, и Эстерберг с ужасом подумал, что, пожалуй, все, абсолютно все, кто его окружает - такие же, как он - и они так же смотрят на него, оценивая с точки зрения материальной ценности. Ни о какой любви, ни о каких-то дружеских чувствах не могло быть и речи. Хьюго понял... В этом обществе нет тепла.
Как она права была, Клэр, и в то же время он не хотел признавать ее правоты.
- Не может такого быть, чтобы в человеке вообще не было ничего хорошего. Уж если на то пошло, то я изначально был обречен на неудачу, признай это! Ты всегда будешь сравнивать всех мужчин со своим отцом, не спорь! И все мужчины проиграют... Потому что Грегори для тебя самый лучший, самый любящий мужчина... Но так нельзя, милая Клэр... И я не собираюсь быть копией твоего отца, я хочу быть собой! Я хочу, чтобы ты меня любила, а не искала его во мне!
Хьюго последние слова уже кричал, не зная, как ещё донести до этой ледышки свою боль. На пике эмоций он подскочил вверх, вставая на ноги и, глядя на Клэр сверху вниз, заговорил, словно вынося приговор.
- Да! Я готов... Готов продаться дьяволу, но черт побери, в том-то и дело, что это нереально!Только вот теперь я начал сомневаться... Стоит ли моя душа этого черствого сердца... Ты, Клэр, заигралась... Притормози, девочка, ты вылетаешь из жизни... Оглянись, вокруг тебя люди, а не мертвые картины... Жизнь далека от идеальных линий и чистых звуков! Однажды твой искусственный мир разобьется о реальность... Но какое тебе дело до нехитрых человеческих радостей, до чьей-то боли! Для тебя невозможно снизойти до нас, смертных, недостойных, с нашими низменными желаниями! С нашей примитивной любовью... Ты живешь в выдуманном мире, который создал для тебя твой любимый отец и давно потеряла с реальностью связь... Где-то мне тебя даже жаль!

0

53

- Ну конечно, не там увидела и не то услышала, - бросила она и закатила глаза.
Она скользнула взглядом по его лицу. Кажется, сцена внезапной встречи на пляже с последующим выяснением отношений просто не прилично затянулась, но подходить к логическому завершению никак не желала. Каждый упорно стоял на своем, обвиняя другого в непонимание.
Он затронул тему отца и взгляд Клэр стал холодным. Отчасти он был прав, но все же говорить о том сейчас не стоило.  Клэр прикрыла глаза и отвернулась. Это было больно.
Она уязвила его самолюбие, он ударил в ответ по самому больному месту. А где тут любовь? Он начал с того, что знает о ее горе. Начал с попытки воспользоваться ситуацией. Она сказала ему все, что хотела, что вызревало в ее голове последние полгода на почве обиды. Она потеряла Грегори и мир померк вокруг. Все потеряло смысл. Но Грегори вернулся к ней. И Клэр готова была признать, что больше никто ей не нужен. Ни мать, ни друзья, ни Хью.
Он резко поднялся, и Клэр приподняла голову, открыв глаза. Взгляд ее оставался равнодушным и холодным. Она смотрела снизу вверх. Пусть говорит. Пусть оскорбляет. Пусть думает что пожелает. Клэр опустила голову и вновь закрыла глаза. Она его не слышит. Она его не видит. Его нет здесь. Нет в ее жизни. Нет в ее мире. Пусть он будет прав. Пусть упивается своей правдой. Она не скажет. Она не возразит. Пусть у него будет обида, злость, разочарование – они лучше пустоты.
Клэр опустила голову еще ниже. Если б глаза ее были открыты, она видела бы только песок перед собой. Ее мир уже был разбит. Она топталась на его осколках. Ей не было дела до других. И ей была безразлична его жалость. Она вовсе не жалости от него  ждала. И даже понимание не было ей нужно. Она так далеко ушла в свою потерю, что вообще забыла о его существование в последние дни. Обида и разочарование, которые остались после их романа были вытеснены другими, более сильными чувствами.  Клэр медленно поднялась с песка. Ей больше не чего было ему сказать, и слушать его желания не было. Она молча подобрала свою сумку и, пошла в сторону отеля, быстро, решительно, даже не бросив в его сторону прощального взгляда.

Номер 323

Отредактировано Клэр Дое (2011-06-13 00:13:39)

0

54

Хьюго внезапно осекся, понимая, что его занесло. Он явно наговорил лишнего, зря затронул отца и уж совсем зря сказал о жалости. Да, пожалуй, вот это - "мне тебя жаль" - поставило жирную точку в этой мелодраме. Он вдруг почувствовал, что не ощущает с Клэр контакта. Она ушла в себя, закрылась, точно так же, как закрывает свои створки малюск.
Да... Значит он прав. Тысячу раз прав. Если бы это было не так, она бы рассмеялась ему в лицо. Только она спряталась от этой правды.
Но от осознания своей правоты ему стало вдруг невыносимо тошно. Небывалый случай - Хьюго вдруг ощутил себя таким несчастным, что защипало в горле.
Между ними снова стояла стена - непонимания, обиды, боли, гордыни. Разбить ее представлялось уже невозможным.
Его пронзило острое чувство одиночества, благополучно прятавшееся много лет под маской материального благополучия.
Клэр молчала и Хьюго не выдержал.
- Клэр, почему ты молчишь... Скажи, что я не прав... Ты так осуждаешь меня за то, что я готов продаться... И не видишь... Что твоя душа уже давно продана Искусству. В чем разница?
Но она не ответила, вгоняя его в ещё большее отчаяние. Вся его блестящая и безоблачная жизнь разбивалась сейчас об эту стену, выросшую между ними всего за несколько минут, в течение которых Клэр узнала о существовании у любимого мужчины жены. А был ли он любимым?
- Клэр, не уходи, - понимая, что она ускользает от него навсегда, прошептал Хьюго, но не посмел задерживать.
- Ну где ты, дьявол... - обреченно произнес Эстерберг, глядя вслед Клэр, - забери и меня...

Отредактировано Хьюго Эстерберг (2011-05-10 07:07:16)

0

55

- И на кой ты мне такой жалкий сдался? - глубокий низкий голос с отчетливыми насмешливыми интонациями раздался откуда-то сзади. Анаэль не любил подкрадываться и шептать на ухо. Порой смертные вели себя довольно странно, будто их пчела в шею ужалила. Дергались, совершенно неприлично вертелись на месте, размахивая руками, выпучив от недоумения и ужаса глаза. Наверное, страшно сходить с ума. Он не знал. Но совершенно точно не имел настроения лицезреть пляску святого Вита. - Она обижена, она уходит, и тебе ее уже не остановить. Неудачник ты, не смог девчонку удержать. Настолько эгоизм замучил? Или осознание собственной уязвимости?
Демон издевательски фыркнул, стараясь не расхохотаться. Этот отчаявшийся мужчина был интересной добычей, точнее развлечением. За душами Анаэль не охотился, пусть этим занимаются другие. Скорее так, обязательную программу выполнял. И брат будет доволен.
- И что тебе понадобилось от дьявола, в которого ты не веришь, смертный? - сказанное прозвучало как-то неприятно пафосно, заставив Падшего недовольно скривиться. - И что за проблемы с верой, Хью? Родители атеисты? Эх, куда катится мир? - ненатурально посетовал Анаэль, думая появляться ли перед своим потенциальным клиентом или немного выждать, мало ли, реакции бывали самые разные.
Помнится, подошел он к одному в темном переулке, насилу тогда ноги унес. Монах оказался чокнутым, а Анаэль, хоть и высший демон, в смертной оболочке достаточно уязвим. Не смертельно, но мало приятного ожоги, оставшиеся после щедрого окропления святой водой потом неделю залечивать. И волосы клочьями лезли, вспоминать тошно. Сейчас, конечно, никто святую воду с собой в бидонах не носит, но осторожность не повредит.
- Ну что, пришел в себя? Или мне еще поговорить? О тщетности бытия, например? Вам людям эта тема почему-то особенно приятна.
Анаэль подошел ближе и легко коснулся плеча мистера Эстерберга.

+4

56

Хьюго качал головой - раз, и ещё раз - отказываясь понимать Клэр и причины, по которым она оттолкнула его. В какой-то момент накатило бешенство, Хью засунул руки в карманы, оттягивая ткань до угрожающего потрескивания. Девушка скрылась за дверями отеля и мужчина развернулся лицом к морю. Что он здесь делает?
Швед даже не осознал сначала, что на пляже есть ещё кто-то. Запоздало он нахмурился и опустил глаза, прежде, чем обернуться на голос. Ему было очень неприятно, что кто-то стал свидетелем интимной сцены, и уж тем более ему крайне было неприятно, что этот кто-то влезает не в своё дело.
Что за ерунда вообще такая, только что здесь, кроме них двоих, никого не было. Неужели он настолько был выбит из колеи, что даже не заметил рядом третьего, если только человек не прятался в песке.
- Послушайте, не ваше дело. Идите, куда шли!
Эстерберг повернул в сторону голоса голову и глянул на то место, где, по его предположениям, должны находиться стопы говорившего. Но обнаружил только следы – свои и Клэр.
Он в недоумении вскинул голову, поворачиваясь всем телом и отыскивая глазами шутника. Чайки исчезли, глазам Хьюго предстал абсолютно пустынный пляж. Но он же явно слышал голос! Причем…Невероятно красивый голос, вызывающий приятные вибрации где-то аж в районе желудка. Хью привык всем странным вещам находить какие-то разумные объяснения, но это не поддавалось логике, если только предположить, что у него начались слуховые галлюцинации. С какого перепуга? Не мог же он заразиться от Клэр нервным расстройством, в конце концов! Хью завертел русой головой, тем временем он снова услышал, что с ним кто-то разговаривает, причем, явно издеваясь! Эстерберг поспешил убедить самого себя в том, что кто-то гнусно его разыгрывает.
- Да покажись ты, Мефистофель чертов!
Совершенно незнакомый голос произнес его имя, отчего Хьюго, который никогда не верил во всякого рода мистику, почувствовал легкий озноб. И когда он неожиданно ощутил прикосновение к плечу, инстинктивно отпрыгнул в сторону. Эстерберг очень не любил, когда незнакомые люди нарушали его личное пространство.
- В чем дело! – рявкнул Хью, уже готовый совершенно не эстетично приложить кулак к скуле незнакомца, появившегося перед Хьюго столь внезапно, что мужчина вздрогнул, - что за идиотские шутки!

+2

57

Уже не так забавно. Смертный не ругался, не крестился, не пугался, даже не посчитал, что сходит с ума. Анаэль вздохнул. Право, в современном мире работать становится все сложней и сложней, почти не осталось места мистике. Хотя, на самом деле Хьюго было просто не до него. Мужчина был порядком расстроен и не собирался вступать в беседу с кем бы-то ни было.
- Какие шутки? - Анаэль улыбнулся, испытывая к смертному уже практически симпатию. Мало кто сумеет достойно встретить того, в кого никто не верит. - Сам звал. Или мне расценивать это как ложный вызов? В таком случае, как насчет компенсации? За мое потраченное время.
Падший откинул с лица растрепанную ветром челку и уселся прямо на песок, по-турецки скрестив ноги. Похлопал ладонью по песку рядом с собой.
- Ну же, не стесняйся. Раз звал - говори, чего желаешь. Обсудим, поболтаем. Не все так плохо, Хью. Да, я существую, но это же не повод отказываться от своих желаний, тем более, что я с легкостью могу помочь тебе осуществить их.
Демон не ставил целью добиться своим появлением благоговейного трепета или священного ужаса, поэтому появился в облике простого смертного мужчины лет сорока-сорока пяти, подтянутого, черноволосого, с короткой стрижкой, одетого в длинные белые бриджи и легкую хлопковую рубашку. Единственным, что всегда оставалось неизменным в любом облике Анаэля, были его глаза. Их редкий необычный серебряный оттенок запоминался надолго, как и голос, которым его наградил Господь и магическую силу которого Падший не утратил, даже став демоном.
У его маскировки была простая причина. Он не собирался раскрывать каждому постояльцу истинный облик, тем более, что под ним он проживал в отеле как Рэйвен Блэк.
- Хочешь вернуть ее?
"И служить мне..."

+1

58

Хьюго уставился на незнакомца с таким видом, будто собрался вызвать полицию. Что происходит на этом острове? В голове шведа вихрем закрутились мысли, одна интереснее другой. Сначала странное поведение Клэр, теперь вот этот ненормальный... Может, отель - это всего лишь прикрытие для чьей-то "нехорошей" деятельности? Может, здесь экспериментируют над людьми? Хью пристально глянул в лицо мужчины, задержался на необычных глазах.
Они серебрились и переливались, словно ртуть.
"Линзы", - решил Эстерберг.
Всё это не нравилось Хьюго. Не верил он в сказки про ангелов и демонов. Может здесь секта орудует? Тогда его женщина в опасности, в большой опасности.
"Надо будет отправить факс Ньюбергу", - решил Хьюго, на случай - если с ним что-то произойдет - как с Клэр, например.
Но просто так он отсюда не уедет. Он вырвет из этой трясины Дое, не будь он мужчиной.
Эстерберг сделал вид, что очень и очень заинтересован. Хью и правда был очень заинтересован... Надо всё разузнать, понять хотя бы - с чем он имеет дело.
Он помедлил, имитируя нерешительность, затем кивнул на приглашение и сел рядом с "Мефистофелем" - как его окрестил Эстерберг.
- Ну допустим... Я вам поверил, - ответил швед, - и готов заплатить за услугу. Хотел бы я знать, какова цена вопроса? И чем докажете, что это не бред?

+4

59

"Надо было появиться в женском облике, - почему-то пришло в голову Падшего. - Тогда бы он по-другому заговорил. Интересно, если рассуждать чисто теоретически, сколько он готов мне заплатить? И что мне с этими деньгами делать?"
Эстерберг уютно устроился на теплом песочке, вполне адекватно реагируя на наличие дьявола в нескольких сантиметрах от себя. Анаэль чуть было облегченно не вздохнул. Первый шок прошел, в голосе Хьюго угадывались деловые нотки человека, привыкшего принимать любые решения, какими бы сложными они не были.
- Цена вопроса? А ты занятный человек, Хьюго. Неужели ты думаешь, что меня интересуют деньги? Разве ты никогда не слышал о том, как заключаются сделки с дьяволом? Книги, телевидение, сейчас столько источников информации, что в некоторых вопросах у тебя просто нет шансов остаться непросвещенным.
Анаэль легко улыбнулся мужчине, щурясь от солнца. Утро было просто замечательным, погода после бури налаживалась, обещая островитянам жаркий солнечный тропический ад. Идеальное место для испытания характера на прочность.
- Никаких доказательств, что еще за бред? Процедура проста, друг мой, ты озвучиваешь свое пожелание или Предмет Договора, если будет угодно, и подписываешь контракт, - в руке Падшего появился белоснежный лист бумаги,  исписанный красными чернилами. - Этот контракт:
"Я, всемогущий Анаэль, с одобрения и при поддержке Князя и хозяина моего Люцифера сегодня заключаю договор о союзе с Хьюго Эстербергом, который теперь принадлежит нам. И я обещаю ему любимую им женщину Клэр Дое, а так же всемирные почести, удовольствия и богатства в обмен на одну услугу, которую я потребую от него. Кроме того, он будет попирать ногами реликвии церкви и молиться за нас. Благодаря действию этого договора он проживет счастливо двадцать лет на земле среди людей и, наконец, придет к нам, понося Господа.
Дано в аду."

- Ниже моя подпись. Как видишь, ничего страшного и невыполнимого. А вот твоя часть:
"Мой хозяин и господин Люцифер, я признаю тебя в лице моего доверенного лица и брата Анаэля как моего Господа и князя и обещаю служить и подчиняться тебе в течение всей моей жизни. И я отрекаюсь от другого Господа, от Иисуса Христа, всех святых, апостольской и католической церкви, всех святых таинств, молитв и обращений, благодаря которым правоверные могут повлиять на меня. И я обещаю тебе, что я буду совершать столько зла, сколько я смогу, и что я приведу всех к совершению зла. Я отрекаюсь от помазания, крещения, всех милостей Иисуса Христа и его святых. И если я не смогу служить и поклоняться тебе, я отдам тебе мою жизнь в собственность. Совершено 15 мая 2011 года.
Хьюго Эстерберг. Извлечено из ада.

- И твоя подпись, Хьюго, - Анаэль положил документ на песок и прижал его для верности проползающим мимо крабом. Краб замер от ужаса и не решался пошевелиться, что вполне устраивало Падшего. - Ничего личного, только бизнес. Кроме того, возможно, мне и не понадобится от тебя ничего. Не каждый может быть мне полезен. Так что решайся. Говоришь "да" - девушка твоя. Достаточно подписать договор, скрепить его традиционным способом, и двадцать лет счастливой жизни тебе обеспечены. Да и зачем тебе больше? Старость - не самая приятная перспектива, не так ли? Каждый только и мечтает о возможности избавиться от этой предательской слабости, жутких морщин, замутненного склерозом сознания, неизлечимых болезней... грустно и неприглядно.
Анаэль замолчал, протянул руку и погладил краба по гладкому панцирю.

+5

60

"Бо-о-оже... Однако, как у них тут всё схвачено!" - думал неверущий Хьюгард. Кожа на его голове медленно поползла на затылок, причем вместе с левой бровью. Он так и не уловил, откуда этот красавчик вытащил бумагу, идеально белого цвета и без единого измятого уголка.
"Им" - кому бы то ни было, про Эстерберга было известно всё. Хьюго это понял. Они знали, кто он такой, они знали, когда он здесь будет и с какой целью. У шведа появилось ощущение, что столкнулся с какой-то мощной организацией, судя по всему, очень опасной.
И бумага-то уже готова, совершенно нелепая, бессмысленная, хотя... " Сатанизмом-то тут попахивает".
Хьюго прочитал весьма странный текст и посмотрел в глаза этого Ангела. Он что, серьезно что ли? Ха! А что же ему ещё нужно, если не недвижимость?
- Друг мой, - саркастично улыбаясь, заметил Эстерберг, - я в жизни в церкви не бывал, ну если только в том возрасте, когда за себя не отвечал. Объясни мне, что значит – творить зло? Чем я конкретно должен заниматься, согласно этому договору?
Бумага эта, конечно, не имела никакой юридической силы. Так что... Любой суд оправдает. Эта бумага могла бы иметь вес только при психологическом давлении, но каким же надо быть безграмотным человеком,  чтобы поддаться на эту уловку.
- Вот что, - нахмурился Хьюго, - во-первых, мне нужна копия этого документа. Во-вторых, здесь не хватает одного пункта. Малость, пустяк. Что будет в случае, если одна из сторон не выполнит своих обязательств? Я хочу знать конкретно, меня не устраивают эти обтекаемые фразы, которые можно трактовать как угодно.
Эстерберг покосился на краба, послушно замершего на листе бумаги. Почему он не двигается? Хью снова почувствовал озноб.
- Ну так что?
Мужчина оторвался от созерцания животного.
"Что значит - хозяин?"
Интересно, они всех приезжающих так обрабатывают или только тех, у кого имеются солидная недвижимость и бизнес? Как обработали Клэр? Как это у них там называется - зомбирование, гипноз... Хьюго проследил за руками собеседника. Краб застыл, даже не думая удирать или обороняться и это почему-то напрягло Хьюго больше всего.
Однако, необычный человек, этот Анаэль. Ну и что с того? Хью сдвинул брови. На его стороне законность.

+4


Вы здесь » "Eclipse". Проклятый отель » Пляж » Пляж